www.pugachev.kg

Информационный web-портал об альпинизме в Кыргызской Республике

shap
E-mail
Рейтинг пользователей: / 10
ХудшийЛучший 
Люди и горы
Автор: Катя Иванова (Дорофеева)   
24.12.2015 23:04

Альплагерь Дугоба 1981

Все. Прием окончен! Разномастная толпа народа, желающего добровольно опуститься на “дно жизни”, толпившаяся у дверей кабинета начальника альплагеря “Дугоба”, Валерия Нисповитова, разочарованно загудела. Но только не мы, прибывшие за неделю до начала первой смены и уже зачисленные в штат в качестве посудомойки, мусорщика и поломойки. По разным причинам не получившие в родном свердловском “Спартаке” профсоюзной путевки, но страстно желающие выполнить вожделенный второй разряд, а если повезет, то сходить парочку “руководств” и хотя бы одну “четверку”.

Новенькая столовая, построенная буквально неделю назад впечатляла. Сооружение из стекла и металла вполне органично вписывалось в ландшафт Дугобинского ущелья, несколько диссонируя с убогими домиками, предназначенными для участников и инструкторов.

Альплагерь Дугоба, слева двухэтажная новая столовая, а на первом плане домик кухонных бичей. Фото Ю.Ермачека.

Не менее колоритно, выглядел и наш “хозяин”, шеф-повар дядя Миша - маленький, лысый с торчащими в разные стороны ушами. В качестве знакомства он сообщил, что двадцать пять лет он провел на зоне, а последние десять пребывал в “дурке”, так что дурковать он умеет лучше нас и даже пробовать не советует. В качестве аргумента в ходе знакомства, он несколько раз доставал из-за пояса устрашающих размеров очевидно поварской нож, и используя его как указку, доходчиво показывал нам фронт работ. Объемы работ удручали. Горы строительного мусора, сотни квадратов грязных полов, немытые скопища посуды. И только трое суток на приведение всего этого в человеческий вид, как пояснило нам руководство, придав в помощь худенькую девочку Галю, которая отрекомендовалась официанткой. Бичевская жизнь началась…

- Хроника одного дня.

4.30. С закрытыми глазами, упорно не желающими открываться, в полной темноте тащусь по мосту через реку в столовую. Сегодня моя очередь включать плиты и ставить 40-ка литровые кастрюли с водой. Управившись за час и свернувшись калачиком на разделочном столе, пытаюсь уснуть.

6.00. Вздрагивая, просыпаюсь от легкого покалывания. Наш лопоухий шеф с помощью своего ножа пытается настроить меня на рабочий лад. Через минуту появляются мусорщик и поломойка. И тут же выслушивают в свой адрес череду сравнений с различными животными любящими поспать и не любящими работать, впрочем вполне миролюбиво. Садимся пить утренний чай. Еще через полчаса появляется наша официантка и, не обращая никакого внимания на недовольно бормочущего босса, принимается краситься.

6.30.-20.30. Работа кипит. Забыв про свою узкую специализацию, все вместе летаем по кухне, выполняя одновременно кучу дел, при этом непрерывно выслушивая комментарии дяди Миши о наших умственных и физических способностях.

21.00. Величественно кивнув на прощание, дядя Миша удаляется на покой. Оставляя нам собственноручно приготовленную кастрюлю, какого-нибудь среднеазиатского деликатеса - плов, шурпа, манты и т.д. Без сил падаем где попало, традиционно решая проблему плохой хозяйки: Мыть посуду с вечера или оставить все на утро. А ведь еще надо получить продукты на завтра, вымыть пол и прибрать прилегающую территорию. А горы? Пока о них нет сил даже думать.

23.00. На сегодня вроде бы все. В дверь деликатно постучались.

- Знакомство с коллегами БИЧами.

“Здравствуйте! Я – “Гусь”, это - “Болт””. В дверях скромно толпилось человек восемь парней. В течение минуты выяснилось, что это так сказать наши коллеги красноярские бичи - строители с визитом вежливости, с бутылкой портвейна и с гитарой. На правах радушных хозяев по-быстрому организовали огромную сковородку яичницы с колбасой, луком и помидорами, которая вызвала у гостей значительно больший интерес, чем наши скромные персоны. Оказалось, что они в лагере уже две недели, то что-нибудь ломают, то что-то строят. А в данный момент занимаются возведением капитального туалета типа “сортир”, на ночевках пупа Сельского. Их человек пятнадцать, но официально числится (стоят на довольствии) только шестеро. Остальные на подножном корму, и они очень надеются, что мы не дадим пропасть альпинистам Урало-Сибирского региона. Они в свою очередь готовы выполнять самую черную работу по кухне, ежедневно делегировав к нам 2-3 добровольцев. Консенсус был достигнут и над просторами Дугобы полилась песня, в которой очевидно были скрыты все тайные и явные мечты наших новых друзей: “…По долинам по ухабам едем к бабам, едем к бабам…”, в великолепном исполнении Витьки Гусева (он же “Гусь”).

- Горы.

Жизнь в лагере постепенно наладилась, учебные отделения потянулись на пуп Сельского, на занятия и первые восхождения. Количество столовавшихся в лагере участников резко уменьшилось. Благодаря этому, а также альянсу с Гусем и его командой у нас появилась возможность осуществить, то ради чего мы сюда и приехали, ходить в горы. Вячеслав Анатольевич Бакуров, начальник учебной части, с молчаливого согласия Нисповитого дал добро “на выход”, приказав найти на “пупе” какого-то Богомолова и поступить в его распоряжение. Оставив немытую посуду на попечение Гусевских волонтеров, и даже не поужинав, помчались на “пуп” Сельского, где нам показали высокого парня и с придыханием сообщили, что это ни какой-то Богомолов, а командир отряда, МАСТЕР СПОРТА Сергей Богомолов. “Бичи?” - поинтересовался командир, когда мы робко изложили наше пожелание относительно завтрашней 2Б. “Где были? Почему так поздно пришли? Отделения сформированы. Все уже выпущены”. Настроение стремительно падало. “Работали” - грустно сообщил посудомойка. Сергей с интересом и даже, как нам показалось с уважением, оглядев нашу кухонную команду, вдруг сказал: “Пойдете со мной на Дугобу. Выход в восемь”. Знали бы мы, что собираемся на восхождение с будущим самым титулованным высотником страны, одним из сильнейших альпинистов России, покорителем 11 восьмитысячников! Правда, он и сам об этом тогда еще не знал.

Вершина Дугоба.

- Болезнь дяди Миши. Знакомство с “Андю”.

В приподнятом настроении от удачно открытого сезона и лестных характеристик, данных нам командиром отряда после совместного восхождения, прибыли на кухню. Там нас ждала гора немытой посуды, отсутствие дяди Миши и присутствие какого-то небритого парня. Он молча сунул нам записку Нисповитого, из которой явствовало, что дядя Миша приболел, его на пару дней увезли в Фергану в больницу. А мы должны как-то продержаться, в качестве и.о. шеф-повара нам придается субъект, передавший записку.

“Андрей” - представился субъект. “Можно просто “Андю””. И тут же честно сознался, что все его познания в практической кулинарии сводятся к тому, что “…корова, это животное с четырьмя ногами по углам из которого делают котлеты, а картошка растет отдельно…”. Да и это он вычитал у Марка Твена. Все участники кухонной концессии приуныли, и было от чего. В лагере 200 человек! Кормежка трехразовая, первое, второе и компот. Решили провести собрание трудового коллектива, с единственным вопросом повестки дня: “Как жить дальше?” Присутствовали посудомойка, мусорщик, поломойка, девочка Галя, “Андю” и вездесущий “Гусь”. С трудом нацарапали список блюд, о приготовлении которых имели хоть какое-то представление (в основном благодаря недельной стажировке у дяди Миши и урокам домоводства, которые в школе посещала Галя). Решили два дня как-нибудь продержимся. К тому же “Гусь” обещал усилить присутствие своей братии на кухне. А “Андю” поклялся, что договорится с командирами всех учебных отрядов, что бы они по возможности ни кого не отпускали с пупа Сельского в лагерь.

- Одноногие курицы.

Утром на кухне было не протолкнуться от добровольных помощников. Мы с важным видом давали указания и, вспомнив дядю Мишу, комментировали умственные и физические способности наших новоявленных друзей кухни. Работа кипела. Вручив бичам восемь поддонов курей с наказом выпотрошить, вымыть и разрубить на порции, мы с мусорщиком сделав себе по огромному бутерброду и по кружке растворимого кофейного напитка “Летний”, принялись обсуждать перспективы наших альпинистских планов. Через час вымытая, выпотрошенная и разрубленная птица кипела в котле. Мы обливаясь потом метались между складом, холодильником, залом, посудомойкой, но, похоже, успевали везде. Стоя на раздаче второго мне бросилась в глаза некоторое несоответствие куриных составляющих в рагу, но разбираться времени уже не было, да и 40 литровый котел опустел в считанные минуты. Первый самостоятельный день заканчивался. Как ни странно не было видно наших помощников. Замаялись наверно! Собрав для них кое-какие остатки еды, направился к домику бичей. Еще издали был слышен веселый гул, звон гитары и стаканов. Явственно пахло жареным мясом! Завернув за угол, я потерял дар речи. Не менее 40 куриных ножек жарились на самопальной барбекюшнице, в окружении толпы довольных бичей. Так вот в чем было несоответствие, курицы то были одноногие! На этом наше кухонное сотрудничество с Гусем и его командой закончилось.

- Катька, Полинка и посудомоечная машинка.

Утром наше кухонное царство посетило руководство лагеря в полном составе. Бакуров, Нисповитый и начальник КСП Лукашевич. “Все, конец” - подумал я, вспомнив вчерашние бичевские куриные проделки. Однако начальство вело себя как минимум странно. Потоптавшись у двери, Нисповитый объявил, что нам будет выписана премия. Это насторожило еще больше, не в обычаях Дугобы было платить бичам зарплату, а уж тем более премию. “И в горы ходите почаще, возможности есть” - озвучил новую сентенцию начальник учебной части! Поломойка с грохотом выронил из рук здоровенную сковородку. Повисла зловещая пауза. Первым очнулся “Андю”, “А как дядя Миша?” “Хорошо”, - услышали мы в ответ, - “Его больше не будет. Он болен, но ведь вы отлично справляетесь, к тому же все вы переводитесь в повара, а на подмогу вам придаются два опытных помощника”. Все сели кто где стоял. К тому времени, когда мы осмыслили все сказанное руководством, его (руководства) уже не было. Но думать было некогда, в окошко раздачи уже вовсю колотились голодные участники. К концу дня нарисовались наши опытные помощники, точнее помощницы, звались они незамысловато Катя и Полина и кличек не имели, впрочем, как и поварского опыта. Зато их прибытие ознаменовалось окончанием монтажа нового посудомоечного агрегата, к которому они и были приписаны. Новая посудомоечная машина впечатляла, устройство длиною метра три с одного конца которого устанавливалась грязная посуда, уползавшая внутрь промывочной камеры с горячей водой и моечным средством, с другого конца она появлялась уже отмытая. Вся кухня облегченно вздохнула. Самая жуткая часть нашей работы, мытье посуды, была, наконец автоматизирована. Презентация была назначена на завтра. На правах старшей посудомойки я растолковал принципы работы этого чуда техники девчонкам и оставил их осваивать азы работы.

С утра вся кухня, за исключением проспавших с непривычки Катьки и Полинки, была в сборе. Присутствовало все начальство, естественно Гусь и даже завхоз Мадмур. Сказав короткий спич, в стиле Остапа Бендера, в том смысле что “…железный конь пришел на смену крестьянской лошадке...”, Нисповитый нажал кнопку “пуск”. Агрегат затрясся, окутался паром и пришел в движение, все дружно захлопали в ладоши. Однако аплодисменты так и не переросли в овации. “Вау”, вымолвил Мадмур. Из посудомоечного агрегата вместо тарелок и стаканов, покачиваясь выплывали отстиранные трусики, лифчики и еще какие-то шмотки наших проспавших коллег. Так как задавать риторический вопрос “Кто?” было бессмысленно, то пробурчав что-то вроде того, что в горы они у нас пойдут зимой, начальство удалилась. Презентация на этом закончилась.

-Будни кухни.

Жизнь шла своим чередом. Почти круглосуточные кухонные вахты, сменялись счастливыми “выходами в высокогорную зону”, как значилось в приказах по лагерю. Участники и инструктора приезжали и уезжали. В зачетных книжках появлялись новые записи о совершенных восхождениях. Однако будни постоянно разнообразились различными событиями, активными участниками которых был персонал кухни.

То, вместе с заваркой в столитровый котел, предназначенный для чая, Катерина задумавшись, незаметно уронила упаковку (10 пачек) лаврового листа и весь лагерь сутки спорил чебрец это или золотой корень.

То, задумав побаловать участников деликатесом, приготовили рагу из тушеных куриных желудков, забыв их почистить, с легкостью отправив наутро весь личный состав участников, инструкторов и администрацию лагеря в очереди к туалетам.

То, решили попрактиковаться в забивке бычков, предназначенных для кухни. Но они, легко вырвавшись из наших рук, быстро разогнали по окрестным склонам и деревьям арчи отряд “значков” приданный нам в помощь во главе с командиром. И устроив некое подобие испанской корриды, парализовали работу лагеря на полдня.

Вся эта активная жизнь вызывала живейшую зависть всех остальных бичей лагеря. А отлученный от кухни Гусь даже вызвал нас на соревнование, повесив в столовой график, кто больше сходит гор по количеству и качеству. Но и тут мы не подкачали, мы с поломойкой и мусорщиком выполнили вожделенные вторые разряды и подбирались к первому, совершив больше 15 восхождений, “Андю” умудрился сходить уже несколько 5Б (забыл сказать, он же являлся полноценным КМСом), ну а Катерина просто творила чудеса. Ее физическим кондициям можно было позавидовать, за 10 дней она выполнила третий разряд и с ходу принялась за второй. Ну и кухня, конечно, работала без сбоев.

- “Птичка” (день рождения Бакурова).

В.А.Бакуров

Очередное утро, точнее ночь, ознаменовалось негромким стуком в дверь. Куда немедленно просунулась лохматая голова Гуся. “Мишка, можно мы к вам в холодильник птичку сунем?” “Что на охоте были?” - не открывая глаз, кидаю ему ключ от столовой. “Да, да” - торопливо говорит голова, “не бойся, не обидим, ножка ваша”. Вообще-то это заявление должно было меня насторожить. Но сквозь сон лень было даже обижаться. Предлагать “кухонным” ножку от птички, это же смешно! Утром на кухне была необычная суета. Нарисовался начальник лагеря и сообщил, что сегодня, 13 июля у Вячеслава Анатольевича Бакурова день рождения, к тому же юбилей - 40 лет и поэтому все участники отправляются на “пуп”, а все инструктора оттуда спускаются. Ну, а на кухне объявляется аврал по подготовке банкета. Надо сказать, что начальника учебной части мы уважали. Он реально понимал, что мы прибыли сюда не учиться азам кулинарии и всемерно способствовал нашим спортивным планам. Так, что никто не роптал, к тому же от приготовления праздничных блюд нас освободили, и мы были просто на подхвате. В обед из ущелья Калькуш спустилась с поздравлениями делегация аксакалов, которых лагерный завхоз Мадмур, после официальной части повел угощаться к нам на кухню. Степенно расположившись вокруг стола, и прихлебывая чай с пряниками и сгущенкой, чабаны рассказывали, что в ущелье расплодились волки, ничего не боятся, режут скот. Вчера опять утащили барашка.

“Передайте альпинистам, чтоб были настороже” - бубнил один из них, направляясь за мной в холодильную комнату, где мы приготовили колбасу и сыр в подарок гостям. Хорошо, что дверь в комнату была маленькая и узкая. Распахнув холодильник, я обомлел. Со второй полки на меня смотрела голова здоровенного барана с с рогами! Схватив первое, что попалось под руку, захлопнув холодильник, я спиной вытолкал, что-то бормочущего про местных хищников, аксакала наружу. Призванный на разборку Гусь, клялся и божился, что он и представить себе не мог, что я не знаю местного сленга, и что он готов немедленно поделится лучшей частью “птички”, к тому же он старался не для себя, а для любимого начальника, т.к. это для него подарок от всех бичей. Вечером в столовой появился красочно оформленный плакат от кухонных работников со следующим текстом:

-В этом горном краю мы не ведаем грез

-За тяжелый наш труд нам не надо награды

-Здесь кончается власть женских губ, женских слез

-Здесь встречаем рассвет, провожаем закаты.

Именинник был тронут, да и “птичка” удалась на славу.

- Несколько слов о нас.

Люди влюбленные в горы и беззаветно преданные альпинизму встречались мне довольно часто. Однако в то лето 1981 года на кухне альпинистского лагеря “Дугоба” собрались настоящие фанаты горовосхождений, готовые за радость ходить в горы, выполнять самую грязную работу, трудиться по 16 часов в сутки, недосыпать, а иногда как это ни странно звучит и недоедать. А ведь это были молодые люди, самому старшему “Андю” – 26 лет, самой младшей Катерине – 19.

Безропотно подменяя друг друга, пока кто-то совершает восхождение, прикрывая друг друга перед начальством, с риском вылететь с работы, помогая выполнять разряды и руководства, мы были одной командой. Эту преданность горам почти все пронесли через всю свою жизнь, а многие продолжают жить горами и сейчас. Мы редко встречались в дальнейшей жизни, некоторых, к сожалению уже нет. Но воспоминания о том бичевском сезоне и по прошествии 30 лет, остались как одни из самых ярких эпизодов моей альпинистской биографии.

Катька - Катя Иванова (Дорофеева), г. Иркутск. Заслуженный мастер спорта по альпинизму, первая и единственная российская женщина покорительница Эвереста (1990 г.) в составе российско-американо-китайской экспедиции. Покорительница восьмитысячника Манаслу. Награждена орденом “За личное мужество”. Погибла в 1994 году при восхождении на Канченджангу.

Полинка – Полина Шлехт, г. Томск. Мастер спорта по альпинизму, председатель Томской федерации альпинизма и скалолазания, заведующий отделением скалолазания ДЮСШ, тренер-преподователь. Человек влюбленный в горы и по сегодняшний день, несмотря на то, что горы забрали ее любимого человека (известный альпинист Анатолий Шлехт, муж Полины погиб на восьмитысячнике Макалу в 1996 году).

“Андю” – Андрей Афанасьев, г. Иркутск. Мастер спорта по альпинизму, 3-х кратный чемпион России, “снежный барс”. В 2006 году попал в книгу рекордов, как восходитель с наибольшим количеством горовосхождений. Более 400 восхождений (из них более 70 первопрохождений и первовосхождений).

“Мусорщик” – Сергей Борисов, г. Екатеринбург. Мастер спорта международного класса по альпинизму, 4-х кратный чемпион СССР, 2-х кратный чемпион России. Признан лучшим альпинистом СССР 1990 и 1991 г.г. В 2002 году покорил Эверест. В 2004 году награжден мировой премией “Золотой ледоруб” за восхождение по Северной стене пика Жанну. Погиб в 2005 году в автокатастрофе.

“Поломойка” – Сергей Полуяктов, г. Екатеринбург. Кандидат в мастера спорта по альпинизму. Отличный человек, которому, к сожалению, рано пришлось прервать занятия альпинизмом.

“Посудомойка” – Михаил Брук, г. Екатеринбург. Мастер спорта международного класса по альпинизму, 4-х кратный чемпион СССР, Чемпион СНГ 1994 года, 6-ти кратный чемпион России.

Вот такие бичи!

 
Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.