www.pugachev.kg

Информационный web-портал об альпинизме в Кыргызской Республике

shap
E-mail
Рейтинг пользователей: / 18
ХудшийЛучший 
Очерки и дневники
Автор: Надежда Модестова, г. Снежинск Челябинской области   
14.01.2012 20:15

Муздак Шамал и Электронная Девушка

‘Дугоба’- 2011, сентябрь

(УТС УВК ‘Горец’. Дневник участника отделения СС)

   Часть 1.

Большой Узбекский поход 

10 сентября 2011 г., суббота

Болты и заклёпки были ржавые, а крылья - под грузом двух турбин каждое - сутуло свисали с загривка фюзеляжа, будто плечи какого-нибудь орлана-белохвоста. Звался самолёт ‘ВАе 146’. И всё.

-ЭТО не полетит, - очень тихо сказал Равиль. Стоящие вокруг нервно хихикнули, но всё же двинулись поближе к трапу. И наша тройка альпинистов тоже. Причём если инструктор вполне убедительно маскировался под жителя Ферганской долины, то мы с Серёгой невольно притягивали взгляды всех остальных пассажиров, поскольку, кроме нас, лиц славянской внешности на этом рейсе не было. Впрочем, командира экипажа звали Максимом, и я чуть повеселела: а вдруг он всё-таки умеет летать на этом ‘British Air Space’?..

Ещё слегка насторожило, когда вместо 'взлётных' конфет начали раздавать 'блёвные' пакеты.. Но самолёт неизвестной марки киргизской компании ‘Avia Traffic Company’ удачно взлетел из аэропорта Кольцово (Екатеринбург) и часа через три под аплодисменты и облегченные возгласы пассажиров благополучно приземлился в аэропорту Оша. При выходе две тётки решили устроить драку, но это были уже мелочи по сравнению с тем, что мы всего лишь в течение суток прибыли к месту назначения. Да ещё Сергею удалось, пользуясь грамотно составленным письмом к представителю авиакомпании, провезти 36 кг снаряжения и при этом не платить за перегруз.

В 19-20, после погранцов и таможни, нас встретил руководитель сборов Юрий Ермачек и привёз на такси на знакомую перевалочную базу возле Центрального стадиона. Здесь уже обитала часть команды, кое-кто после пика Ленина. Быстро перезнакомились. Одна компания собиралась в город смотреть концерт, но нам было гораздо интереснее поужинать, потому что в уникальном самолёте и кормили неординарно: стаканом чая и двумя кусочками печенья.

Побродив по тёмным улицам и в одном месте даже аккуратно перепрыгнув через валяющийся посреди тротуара предмет, очень похожий на пистолет (подбирать и проверять мы, конечно, не стали, а когда шли обратно, его уже не было), Равиль, Сергей, Саша, Таня и я нашли приличное кафе и поели по-человечески.  

В Оше ещё тепло, до заката было +26. Арбузы..

11 сентября 2011 г., воскресенье

            Накануне договорились в ближней кафешке, что в 08 часов утра придём на завтрак в количестве 10 человек. Реально явилось вдвое больше, потому что участники слетались ещё в течение всей ночи. Кормили салатом из помидоров и пельменями в бульоне.

            Собрались, ждём отъезда. В стволе акации ковыряется дятел с розовым брюшком - впервые увидела дятла в этих краях! В палисаднике возле корпуса резвятся котята-подростки. Один чёрный, парочка серых полосатых и один светлый полосатый, с голубыми сиамскими глазами. На наши приставания типа поиграть или погладить никак не реагируют, ‘кис-кис!’ не знают, в руки не даются. Дикие совсем. Ребята спрашивают у хозяйского сына, как зовут котёнка, но мальчик сначала не понимает вопроса, а потом равнодушно пожимает плечами:

            -Мышык!..

            Но ‘мышык’ по-киргизски означает просто ‘кошка’. Видать, не настолько здесь сентиментальны, чтобы давать имена всей бегающей по двору живности.

            В 10-45, погрузившись в два мерседесовских ‘бусика’, едем в 'Дугобу'. В 13-50 у поворота на объездную дорогу нас встречает начальник лагеря Владимир Антипин на 'УАЗе' и сопровождает через пограничные посты. Нам приходится пересекать узбекский анклав Шахимардан, возня с документами происходит нудно и долго, с 15-30 до 17-30. Погранпост запомнился выразительным объявлением:

ПОСТ  ЁПИК

20-00 дан  -  8-00 гача

            И еще тем, что узбекский солдат фотографировал каждого на примитивную цифровую ‘мыльницу’ (мы предлагали ради скорости сделать групповое фото, однако не прокатило). Юра Ермачек уже сказал было, что нас вот-вот нагонит вторая часть команды, едущая из Бишкека, но тут ожидание наконец-то закончилось. В 18-00 мы вновь ступили на киргизскую территорию, а в 19-20, навьюченные рюкзаками, притопали в альплагерь ‘Дугоба’.

            В знакомом корпусе для участников произошли перемены: кое-где в комнатах кровати стали двухэтажными. Мы поселились с Диной из Уфы (знакомы с 'Ала-Арчи'-2008) и с Асей из Москвы, которая только что побывала на пике Ленина, а прямо сейчас, по пути на базу, произвела фурор тем, что тащила рюкзак, одетая в синюю макси-юбку.

            Уже совсем стемнело, когда, наконец, стали подтягиваться участники из бишкекской партии. По противоречивым слухам, они застряли на узбекской границе то ли из-за какого-то гражданина Белоруссии, то ли из-за россиян, которых не оказалось в списках. Но, вроде, всё разрулилось. Очень обрадовалась, когда увидела давних знакомых: повара Свету Дурову, инструкторов Сергея Селивёрстова и Сергея Стаценко, участника Олега из Германии. Остальные где-то ещё бродили в ночи.

            В комнате у нас так чисто (это пока не натащили пылищи и не раскидали снарягу), что мы с Диной даже расчёсывать свои длинные хвосты вышли на улицу, чтобы не сыпать шерсть на ковёр. Тут в темноте за оградой промелькнул силуэт, лязгнула железная калитка. Миг - и улыбка навстречу, три широких пружинистых шага, - и я уткнулась лицом в ключицу под светлой футболкой. Братишка. Явился. Привёл замыкающую группу.  

            Мы не виделись без малого три года. За это время столько всего произошло, - и очень горького, и хорошего.. Андрей выполнил 1-ый разряд, прошёл Школу инструкторов и Жетон ‘Спасательный отряд’, а теперь сам работает с участниками (да ещё и густой русый хвост отрастил, вот уж неожиданность!..) Я сходила на Высоту, окончила курсы проводников пешеходного туризма и начала осваивать лыжный слалом. Мы шли каждый своим Путём, набираясь собственных уроков, познаний и открытий. И сейчас я увидела его совсем-совсем взрослым мужчиной. Это было странно и круто.

            В уютном зале столовой народ пил чай с карамелью. Общее построение и делёжка по отделениям отложены до завтра. Андрей познакомил меня со своими земляками: кудрявым Лёней с очень живыми блестящими глазами и шоколадно-смуглым Димой. И открыл свой видавший виды термос:

            -Это пуэр. Пробовала?

            -Нет.

Прихлёбывая чай, Дима с Лёней весело рассказывают, как они только что по приглашению Антипина проехались на его 'УАЗе', прицепившись за машину снаружи. На очередном ухабе  встряхнуло так, что один из парней свалился на обочину, а другой, глянув на это, предпочёл соскочить сам. Вскоре соседний столик стал всё чаще смолкать, прислушиваться к нашей беседе и вкрадчиво комментировать: ‘Интересно, что они там пьют?!.’ Но мы всего лишь обсуждали сенсорные способности акул и влияние Космоса на планету. Нормальная горная тема. А что?!.

12 сентября 2011 г., понедельник

            Встали в 08 часов, завтрак в 09-00, потом построение на поляне возле палаток, где поселили новичков. Солнце уже вышло из-за ближнего гребня и слепило в глаза, вынуждая строить козырьки из ладоней вместо того, чтобы стоять смирно. Начальник сборов Ю.В.Ермачек произнёс небольшую торжественную речь в честь прибытия всех в 'Благословенную Дугобу' и повернулся к шеренге инструкторов (им-то солнце было в затылок!):

            -Значит, у нас будет сформировано семь отделений. Представляю вам ваших инструкторов. Андрей из Новосибирска будет работать с отделением 3-го разряда. Сергей из Бишкека будет работать с отделением 3-го разряда.. Сергей тоже из Бишкека.. Рауль из Челябинска.. - Юрий продолжал ‘оглашать весь список’, и моё сердце радостно ёкнуло, когда прозвучало, что ‘Павел из Бишкека будет работать с отделением 2-го разряда’. (Если бы Пашка догадывался, насколько сильно я его люблю как вместе с песнями, так и в отдельности, то, наверное, смутился бы. А хотя вряд ли!..)

            Группы, согласно обозначенной квалификации, стали вытекать из общего строя и кучковаться по поляне.

            -..в дальнейшем, по желанию, можно будет меняться, если кто-то с кем-то хочет вместе. Или всегда можно перейти от разрядников, например, в более младшее отделение, по самочувствию.. Ну, и я тоже буду на подстраховке, если что.., - завершил выступление командир.

            И вот тут 'дядя Паша' офигел. Потому что 2-разрядников к нему слетелось 10 человек (и это даже при том, что девушка Наташа сразу попросилась ходить пока с младшим отделением).

            -Блин, да куда ж таким ‘паровозом’?!. Тут у всех чистый второй? Или есть кто с превышением?..

            Руки подняли 'попутчик с неопознанного самолёта' Сергей, я и еще несколько человек. Получалось тех и других примерно напополам. Братуха, под шумок переместившийся от оравы 3-разрядников к нашему табуну, выражаясь свойственной ему лексикой, 'сёк фишку': короткие переговоры с Пашей и с Ермачеком - и у нашей банды уже два инструктора (Павел и Андрей), которые поделят нас между собой после скальных занятий.

            Сразу же на газоне перед столовой мы устроили общий показ снаряжения, одновременно сдав альпкнижки на проверку. Железа хватало. Некоторые привезли даже личные динамические верёвки. В 11-00 мы всей толпой из 12 человек вышли на скальные занятия (за 2-ым мостом через реку, где поворот на гору Малый Замок).

            Каждому задали сделать станцию, нагрузить, повисеть и предъявить её кому-либо из инструкторов, а потом, объединившись в пары, пролезть участок скалы со своими точками, затем поменяться. Меня поставили в связку с Борисом, самым опытным и старшим из наших участников. По слухам, когда-то ему не хватило одной горы до КМСа. Сработались дружно, напарник даже сказал, что у меня хорошая подготовка. Впрочем, Андрей вкатил мне выговор за использование карабина хозяйственного 'Иремель', - что на него нельзя вешать живых людей, а Олегу пообещал ‘клизьму с горчицей’, если ещё раз увидит на станции без самостраховки. (После занятий карабин был сослан под кровать и не вылезал оттуда до конца сборов). Ещё все потренировались подниматься по перилам и с одним, и с двумя жюмарами, пролезли участок в туфлях. Наконец, мне велели разобрать наверху станцию, продёрнуть дюльфер с дерева, и на этом первая часть занятий завершилась. Предстоящая делёжка почему-то беспокоила. Вместе ходить в Горы - это не в трамвае проехать. Давно знаю Олега, хоть вместе пока и не ходили. А к сдержанному земляку Сергею прониклась симпатией еще в аэропорту. Всё как-то удивительно хорошо складывалось ещё до начала этой смены, и хотелось ловить такую явную энергетическую волну и следовать ей..

Скальные занятия

            -Хочу, чтобы в моём отделении была ты, Борис и Олег, - заявил Андрюха. Я переждала удар сердца. То, что из отношений ‘участник - участник’ мы перешли в отношения ‘участник - инструктор’, меня нисколько не напрягало. Проблем с субординацией не будет. Но однажды я безумно перепугалась за твою жизнь!!! Справлюсь ли сейчас?.. Честно ответила:

            -Нет возражений.

           - Ещё думаю взять Лёню. И нужен ещё один.

            -Возьми челябинского Серёгу! - мне вдруг пришло чувство, что они обязательно друг другу понравятся. А это так здорово, когда хорошие люди встречаются и находятся.

           -Я с ним уже говорил, он не против.

В отделении Паши оказались отец и сын Мальцевы (соответственно Саша и Гриша), Василий и два Андрея (по условному обозначению ‘белорусский’ и ‘старший’). В лагерь наш отряд спустился в 16 часов, на ходу шипя и выдёргивая из штанов и носков злые сушёные колючки чертополоха, которых нацепляли на склоне. Все уже обедали. Народу 53 человека, это больше, чем реальная вместимость базы. Ничего, вот разбредёмся по Горам, и сразу станет просторно и пусто.

После обеда продолжили занятия прямо возле корпуса. На берёзе закрепили верёвку. Андрей и Паша показывали разновидности схватывающих узлов и объясняли, у какого из них где слабое место. У Андрюхи ещё свежи воспоминания от Школы, где на практике, а не в теории на специальных занятиях с бросанием груза рвали всевозможные узлы.

Завтра идём на открывашку - Малый Замок. Изучили все доступные фотографии. По памяти нарисовала заход к началу маршрута и спуск с вершины (я ходила на эту горку уже два раза). Вечером собрались вшестером своей половиной отделения в верхнем домике, где живут Борис, Лёня, Сергей и сибирский Дима, долго пили чай и веселились. 

13 сентября 2011 г., вторник

            Ранний завтрак в 05 часов. Выход запланировали всем 2-разрядничьим отрядом на 06-00. Через час из лагеря вслед за нами пойдут ещё отделения Стаценко и Селивёрстова. Но мы собрались так оперативно, что Андрей дал свисток на выход уже в 05-48. Идём с фонарями. Потихоньку светает. Всё-таки в сентябре слишком короткий световой день: с 07 утра до 20 вечера. Промахнулись с заходом на нужный склон, убрели слишком вправо, потом долго выбирались траверсами в нужную сторону. К тому времени Пашины орлы давно уже нас догнали, мы все объединились, перемешались и шли общей растянутой группой, наблюдая далеко в вышине упоровшуюся вперёд скоростную парочку - Андрея с Серёгой. Я чувствовала себя слегка обескураженной, потому что в июне в зачётном походе городской школы проводников была в числе лидеров, а тут оказалась в хвосте группы. Да, жизнь прекрасна и удивительна, зазнаться не даст!..

            В 09-30 наконец-то выгребли к началу маршрута. Проскочили его примерно за час. Первую веревку ключа лез Сергей, вторую Лёня. Много времени потеряли из-за отвратной слышимости. Солнце пригревало прямо по-летнему. На станции выше ключа увидела, что Олег, одетый в чёрную термуху, натурально ловит тепловой удар. Достала бутылочку с водой, попили.

            -Идёмте, тут дальше всё ногами!- позвал Серёга и двинулся по гребню в направлении вершины. Лёня остался на станции, Борис и Андрей были пока еще на верёвку ниже, где уже назревала путаница с подошедшими участниками другого отделения.

            -Олег,- говорю, - пойдём на вершину, я там тебе ещё водички дам!.. 

            -О, это хороший стимул!.. - и мы пошли.

            На вершине собрались все вместе. Пили воду, чай, грызли яблоки и орехи из перекуса. Сушили на камнях записку предшественников, которую какой-то умник небрежно упаковал в консервную банку. Записка лежала тут с мая, и в числе восходителей значилась фамилия нашего инструктора. А Паша вчера говорил, что на Малом Замке хорошо ловят сотовые телефоны. Но у них, видимо, был выходной. Напрасно я разгуливала по всей вершине, вытянув в небо руку с телефоном: ни хлопка, ни парашюта!.. Зато Вася крикнул издали:

На вершине Малый Замок

            -Надежда, постой так ещё!- позже выяснилось, что он снимал кино. А телефоны так ни у кого и не словили. Вчера мы заранее заготовили записку для вершинного тура, в которой я после стандартного текста нарисовала симпатичную белку, а Андрюха зачем-то приписал рядом с ней хулиганское ‘послание’ для своего коллеги. И сейчас мы заинтересованно ждали, когда же ‘конкурирующее отделение’ развернёт её и прочитает. По нашим хитрым мордам они что-то заподозрили, насторожились, и ожидаемый эффект был смазан.

            Напротив нас, в дальнем конце ущелья, возвышается покрытый снегом Акташ. Из-за него выглядывает ещё более далёкий и высокий пик Узбекистан. Картина на фоне чистого неба - не оторвать взгляд.

-А я знаю, кто сегодня обгорит!- сказал Сергей, указав на мою футболку-безрукавку. К сожалению, он был прав: я спохватилась, когда руки уже сильно жгло, особенно левую выше локтя. Вот тебе и осень!..

Спускались все вместе. Оказалось, что хорошо помню путь вниз почти до самого сухого русла реки с громадной пробкой-камнем. В лагерь пришли около 14 часов. Тут есть баня (неизвестно, когда работает), душ в нашем корпусе (обычно либо занятый тётками, либо без горячей воды) и душ на улице (его вчера сильно рекламировал Серёга). Выбрала уличный. Саша, Сергей и Олег, ожидавшие очереди, благородно пропустили меня вперёд, за что им искреннее спасибо (конечно, я постаралась управиться как можно быстрее). Хозяева базы Антипины тут же, в своём домике, напоили всех нас чаем. Рассказывают, что в 'Дугобе' и зимой классно: -15 ночью и +15 днём на солнышке. У них есть две собаки, а вот кошки тут не приживаются: дичают и убегают.

После обеда и до 19 часов, разбившись на две бригады, мы зашивали огромные дыры в старых высотных палатках ‘Канченджангах’, которые возьмём с собой на выход. Пришлось проявить чудеса соображаловки и находчивости, чтобы раздобыть материал для заплат (а ведь умею быть деятельным организатором, когда жизнь заставит!..). Этим палаткам ещё три года назад пора было на пенсию: ткань совсем гнилая. Мы просто честно сделали ВСЁ, что могли.

Как провозгласил знаменитый Кот Матроскин, ‘совместный труд.. объединяет!’. Короче, пока мы с Серёгой, Лёней и Борисом в различных противоестественных позах до самых сумерек пришивали заплаты, скрашивая это занятие беседой, шутками и забавными историями, мы успели подружиться. Честное слово, вот тогда мы душевно и законтачили, потому что никто не сачковал и все старались. Правда, произошла смешная сцена, когда я, окостенев от длительного сидения на коленях, отложила иголку, встала и выпрямилась, чтобы размяться. Как назло, в этот момент из двери склада выскочил 'снежный барс' Селивёрстов, увидел нашу бригаду и воскликнул:

            -Вот это я понимаю: мужики шьют, а женщина руководит!

           - Вот фиг ли тебя принесло ИМЕННО В ЭТУ СЕКУНДУ!?!- возмутилась я. Парни расхохотались, довольные: как совпало - нарочно не подгадаешь!

Вечером Лёня с помощью складного ножа починил мою треккинговую палку, у которой разболтался и сместился один из зажимов. Завтра мы уходим далеко и надолго: сначала на Акташские ночёвки, чтобы сходить Вечерний Свердловск (4А), потом через перевал - и на Узбекистан (4Б). На более близкий Акташ (тоже 4Б) Ермачек нам не разрешил из-за того, что, как сказано в каком-то древнем описании, там начало маршрута пробивается камнями, а нас слишком много. В походе и на восхождениях будем взаимодействовать отделениями. Ведь нас будет лишь 12 человек в самом дальнем от лагеря краю.. Разложили в столовой снарягу, отобрали нужное, поделили, кому что нести. Пришлось торговаться, чтобы джентльмены мне тоже дали что-нибудь общественно полезное. Досталась часть продуктов.

            -Да, кстати!.. Ваш инструктор не ест мясо,- как бы мимоходом сообщил Андрей,- поэтому на выходе питаться будем гречкой и зелёным горошком.. Ну, и ещё у нас рыба есть.

           -Да ладно?!!- вырвалось у Сергея. При этом у него стали настолько огромные и растерянные глаза, что мы с Леонидом рухнули под стол от смеха. Борис тоже выглядел удивлённым, но промолчал.

           -..впрочем, для вас я взял тушняк и две палки колбасы,- закончил Андрюха.- Смотрите, чтобы всю сожрали!..

           -Ты.. насчёт мяса.. серьёзно?!- отказывался верить Серёга. Андрей кивнул.

           -А я знал!- сдавленным от смеха голосом признался Лёня. Пришлось сдаваться:

         -Я тоже знала.

На нас покосились, как на заговорщиков. 

14 сентября 2011 г., среда

            День далёкого подхода. Небо облачное. Павел со своими стартовал пораньше, в 07 часов. Андрей решил дать нам выспаться в комфорте, поэтому тронулись в 10-00 ‘своим темпом’. Уточнив, что я хорошо помню дорогу до ночёвок под Сельским, инструктор возглавил скоростную половину отделения (т.е. Серёгу и Олега). Они впилили по тропе и исчезли за кустами арчи. А мы с Борисом и Лёней пошли 'без фанатизма': 50 минут ходу и 10 минут отдыха. У меня, правда, закралось опасение, как бы Олежка не загнался: во-первых, он вчера плохо себя чувствовал,  во-вторых, сегодня идём с грузом, а в-третьих, он всё же не такой 'Лосяш', как те двое! Шёл бы лучше с нами..

            К 13 часам мы приземлились на зелёной травке под арчой на стоянках у Сельского. Андрей и Сергей к тому времени успели вскипятить чай.. Но Олега с ними не было! А ведь мы-то его не обгоняли!!! Все уже напряглись, ещё минут через пять инструктор дёрнулся было на поиск, но тут пропавший участник подошёл сам. Долго рассиживаться нам не дали.

            -Друзья, мы прошли всего лишь треть пути,- сказал Андрей.- Самое сложное у нас впереди. Там постоянно будет казаться, что стоянки появятся вот сейчас, за этим перегибом, но это всё неправда, потому что каждый раз будет ещё до хрена.

            Глотнули чаю, сразу же собрались и пошли. Вскоре, при подъёме на дугобинский отрог, Лёня просигналил, чтобы остановились: Олег дальше идти не может. Я окликнула передовую двойку. Все сбросили рюкзаки и сбежались.

            -Что-то здоровья нету,- говорит Олег. Вот жаль, что так вышло!.. И с кем я теперь буду вспоминать немецкий язык?!. Ребята забрали у него всё железо. Верёвку не стали брать - должно хватить тех, что есть. Обнялись на прощанье, и Олег пошёл вниз, а мы, передав по радиосвязи, что один из наших участников возвращается, продолжили путь вдоль ущелья, небо над которым захмурилось уже откровенно чёрными тучами. Когда переходили глубокий каньон, посыпал град. Вскоре он перешёл в дождь. И дождь становился всё сильнее.

            ..Через пару часов монотонного пути я не видела больше никого: ни убежавшую вперёд двойку лидеров, ни приостановившихся для переодевания Борю с Лёней. Ливень промочил ветровку уже насквозь, было очень холодно стоять и ждать их, поэтому я потихоньку пошла дальше, и всех нас разлучил туман и мокрый снег. Ноги шагали с трудом, и то, как сильно саднили и чесались под термухой сгоревшие вчера предплечья, казалось в такую погоду особо изощрённым издевательством.

Лишь один раз, оглянувшись, я увидела далеко позади своих попутчиков - две маленькие точки в серой мгле. Ещё через какое-то время вышла на мехнатские ночёвки и здесь, на широком поле, в тумане потеряла тропу. Помню, что она должна быть где-то слева по ходу. Плавно забираю влево вдоль ручья, и вдруг вижу в той стороне две рослые фигуры в длинных плащах. Хрипло кричу: ‘Эй!!!’ Они замечают меня и бегут навстречу. Боже, какая радость.

            -Ты где мужиков прикопала?- шутит Серёга. Андрей достаёт из-за пазухи термос с чаем.

            -Они отст-т-тали уже давно, ост-т-т-тановились од-д-деваться,- челюсть пляшет, крышка от термоса прыгает в руках. Я с наслаждением опускаю нос в горячий пар, который тянется из неё. Сладкий чай с лимоном! Невероятно вкусно.

            -Они видели железную ‘кочергу’ на морене?- продолжают расспрашивать спасатели.

            -Саму её вряд ли, но они точно должны были видеть НАПРАВЛЕНИЕ. Они видели, что я к ней шла.

            -Палатки уже близко. Ты сама дойдёшь?.. Точно?!

            -Дойду. Нормально.

           -Там стоят инструкторская и ‘Канча’ Пашиного отделения (нашу-то Лёня несёт!). Разгоняй там всех, залезай и грейся... Тропу видишь?

           -Нет.

           -Смотри сюда: прямо, поперёк склона идёт..

          -Вижу!

Ребята спешат дальше вниз, а я выбираюсь на тропу. Метров через двести оглядываюсь и вижу в стороне, за ручьём, две палатки. Чуть не проскочила мимо! Спускаюсь, перехожу ручей по обледенелым камням, вылезаю на площадку. Маленькая рыжая палатка явно пуста, а из ‘Канченджанги’ доносится мирная беседа. Вежливо прошусь внутрь. Павел вылезает, чтобы освободить место. Ребята сразу закутывают меня в свои тёплые вещи, отпаивают чаем. Крупная дрожь долго не унимается, но постепенно согреваюсь. Пар из кружек поднимается к сырым стенкам и крыше. Мы долго так сидим, под шелест мокрого снега и разговоры.

Пришли в зиму

В 18-30 (прошло, наверно, полчаса или даже больше) пришли наши, принесли палатку, и я перебралась ‘домой’. Высота примерно 3800. После вчерашнего скромного трёхтысячника и сегодняшнего марш-броска сильно колбасит. Ребята варят мою любимую гречку с тушёнкой, но сначала не могу на неё даже смотреть. Еда не лезет. Зато Серёга рубает так, что любо-дорого поглядеть, да и Лёня с Борей не отстают, а мне говорят: ‘Нужно себя заставлять!..’ Потихоньку съела несколько ложек - начала жить.

За стенкой, в маленькой командирской палатке, наши прелестные инструктора на повышенной громкости слушают ‘Красную плесень’. Мы гадаем, кому из них принадлежит плейер, а следовательно, чьё отделение в дальнейшем обречено по вечерам на принудительный культпоход в филармонию. Напились чаю, согрелись, расстелили спальники. Вчетвером в ‘Канче’ очень даже комфортно (сюда и семь человек поместятся, если надо). Вот только ходовые вещи все мокрые, придётся сушить на себе. В 21-30 по очереди собираемся ‘в открытый космос’ - и спать.

15 сентября 2011 г., четверг

            Проснулись - холодно. Весь Вечерний Свердловск по уши залеплен снегом (и льдом, наверно). Погоды нет, низкая облачность. Инструктора приняли решение не высиживать здесь, а перекидываться под Узбекистан: если погода наладится, слазим на Свердловск на обратном пути.

В 10 часов выходим в сторону перевала Акташ. Но не все. Отряд ещё сократился: приболели Гриша и Андрей-'старший'. Они возвращаются на базу. Нас осталось девять. Здесь, на стоянке, мы оставили командирскую палатку, а в ней снаряжение, которое не понадобится на высоком и преимущественно снежном Узбекистане: скальные туфли, лишние оттяжки, часть продуктов.

Подъём по закрытому леднику начали в 12-00. Время радиосвязи. Нас слышит Сергей Стаценко (позывной ‘Бишкек’). Мы называемся в эфире соответственно ‘Свердловск’ (отделение Паши) и ‘Новосибирск’ (отделение Андрея). Иногда из рации доносятся бодрые женские голоса: ‘Такой-то бульвар, поехали?..’ - это по мощным станциям общаются с таксистами шахимарданские диспетчеры.

-Ага, поехали!- дразнимся мы между собой.-  Девушка, на перевал Акташ, будьте любезны! ‘Карету мне, карету!..’ Да побольше машинку пришлите, а то у нас девять рюкзаков!..

На седле перевала замыкающие были в 13-30, а через полчаса все уже спустились на плоский ледник. Пересекли его и поставили палатки в безопасном месте. Весь остаток дня, устроив уютное лежбище из карематов, спальников и тёплых курток, валялись в палатке и отдыхали. Туман, снегопад. Маршрут не видно, наша Гора изволит показать только подножье. Однако я разглядела, что сейчас снегу на склонах значительно больше, чем было три года назад.

Плейер оказался Андрюхиным, поэтому филармония открылась в нашей палатке (громкость достигается через портативный динамик на батарейках, подвешенный к потолку). Но я напрасно опасалась, что он снова врубит ‘Красную плесень’. Музыка была хорошая. 'Большие надежды' и всё такое..

16 сентября 2011 г., пятница

            Подъём в 05-00. Низкая облачность. Завтракаем, собираемся, в 07-30 стартуем. Наша пятёрка тронулась чуть раньше. Прошли первую ступень подъёма и здесь подождали Пашину четвёрку.

            -Ну что, ты готов на таком рельефе работать первым?- спросил Павел одного из своих участников. Очевидно, инструктор имел в виду дальнейшую тропёжку.

            -Готов!- мужественно ответил участник. И возглавил свою связку (то есть пошёл-то фактически шестым в группе, по уже готовым ступеням). Прикольно!..  

А дальше было уже не очень смешно, потому что начался крутой набор высоты, прямо по границе снежного склона (справа по ходу) и скальных выходов (слева). Перила не вешали, двигались все одновременно. Сначала мы были и вовсе в двух связках (5+4). Время от времени первый заворачивал буры, в которые все остальные прощёлкивались, а выкручивал замыкающий. Но вскоре стало очень тяжело. Отразилось и отсутствие акклимухи, и пониженное давление циклона, и вес рюкзаков, и разница в силах. На крутом участке, где появился лёд, я встала на передние зубья - и вдруг ощутила, как связочная верёвка подгружается вниз. Икроножные мышцы взвыли и свились в судороге, я взвыла от боли вслед за ними. Понимаю, что идущий за мной Борис тоже устал, но больше всего боюсь в свою очередь завесить и сдёрнуть верхних. Через десяток метров такого мучительного 'тяни-толкайского' передвижения увидела, что ребята вылезают на какое-то подобие перегиба или снежно-каменной полочки, и попросила о передышке.

Мы выползли на камни, кое-как уселись. Серёга с Андреем уже натропились и налазились по уши. Обсуждаем, не выпустить ли вперёд Александра в качестве свежего локомотива. Подходит вторая связка и тоже останавливается. Павел говорит, что у нашей полугруппы слишком разный уровень и нам лучше разделиться на двойку и тройку. Достаём ещё одну верёвку, связываемся: Лёня первый, я в середине, Боря замыкающий. Все стоят и ждут. Сергей уже напрямую с ехидцей спрашивает участников из четвёрки о смене, но не получает ответа (в итоге они с Андрюхой весь день так и лезут первыми, меняясь только друг с другом). Немая сцена затягивается. Лёня трогается вслед за первой двойкой. Но мы начинаем отставать. Тогда я снова прошу остановки - на этот раз чтобы пропустить вперёд четвёрку мужиков.

Честное слово, идти после них по утрамбованным ступеням было гораздо легче! Вот только силы уже кончались. Я больше не пыталась выжаться вверх, если верёвка переставала подаваться снизу, а тоже останавливалась подышать и кричала Лёне: ‘Стоп!..’ Он оказался терпеливым лидером, без нервов. Пару раз пришлось попеременно страховаться на очень острых участках гребня (там было куда лететь). Кошки держали хорошо, и я перестала бояться крутого склона (который три года назад снизу доверху прожюмарила, а теперь лезу сама, вау!!!). Хотя видеть у себя над головой вместо целого Лёни только удаляющиеся в направлении пасмурного неба пятки ботинок с кошками и рюкзак - это было волнующее зрелище.

Узнаю место, где мы идём: скоро перемычка, на которой будем ночевать. Мощности нет, подташнивает, но рвать нечем, поэтому облегчение не приходит, и тяжесть в голове плющит всё сильнее. Проходим последние сотни метров, почти без набора высоты, по узким гребням, одновременно, с ‘комсомольской’ страховкой. Леонид спускается в какую-то выемку, выбирает мою верёвку. Из-за края снега выглядывает Вася, видит меня и весело спрашивает:

       -Как дела?

       -Спасибо, фигово.

Вася смеётся, говорит, что поначалу ему было так же, а теперь лучше. Подхожу к нему и выбираю верёвку от Бориса. Всё! Все пришли. Время 16-15. Высота, как определил Василий по GPS, почти 5000 метров. Между серповидным снежным надувом и ледовой трещиной уже стоят, вытянувшись вдоль гребня перемычки, две ‘Канченджанги’. Ребята угощают чаем. Белорусский Андрей советует мне лезть в палатку и отдыхать, но отвечаю, что пока ложиться нельзя. Лучше хоть понемногу, но двигаться.

-Правильно,- поддерживает Паша. Он, вооружившись ‘кайлом’, рубит зеленоватый лёд на краю трещины. Передаю в нашу палатку свой коврик и вещи. Там, внутри, Андрюха с Серёгой уже навели уют и готовят корм. Запас ледышек для воды у них на исходе. Беру свой ледоруб, чехол от рюкзака, присоединяюсь к Павлу. Он показывает, в котором месте лёд получше, но при этом не может отказать себе в удовольствии весьма жёстко подколоть моих товарищей:

         -Вот, блин, мужики в палатке валяются, а женщина у них лёд рубит!

-Мне нужна активная акклиматизация! А они там обед готовят!- вступаюсь в защиту нас всех (ведь ситуация из серии ‘нарочно не придумаешь’, зеркально похожая на недавнюю засаду с Селивёрстовым и швейной бригадой). Наши инструктора - давние приятели, они то и дело друг над другом подшучивают, это забавно. Но, чёрт возьми, на этот раз Пашка выиграл в одни ворота, потому что моих пацанов и вправду задело!.. Когда-то мы с Андреем оба ходили у него участниками. Андрюшка не был какой-нибудь там ‘весь из себя крутой скалолаз’, но с тех пор он очень много трудился и очень вырос,- и вот теперь мы здесь и сейчас все вместе..  ДА ЕЩЁ НА ТАКУЮ КРАСИВУЮ ГОРУ ИДЁМ!!!

Меня всё ещё мутит, удары выходят хилыми и не очень эффективными. Подбираю наколотый лёд, ватными руками складываю в чехол. Наполняется медленно. Павел уже нарубил, кажется, рюкзак и мешок. Причём мешок он относит к нашей палатке. Вот это подарок! Слов нет, спасибо..

В этот раз на ужин давно обещанная гречка с зелёным горошком. Кстати, вкусно. Колбаса для желающих прилагается. Парни снова внушают мне, что надо хорошо поесть.

           -Я тебя принимал у Ермачека на живой вес, и на вес буду сдавать,- сочиняет инструктор.- Ешьте давайте! Гречка с горохом - чтоб теплее спалось!

         -Пока ещё опасаюсь много лопать, вдруг придётся выбрасываться из палатки в открытый космос.

-Ты это ещё два дня назад обещала, и ничего!- посмеивается Сергей. Он занят чем-то вроде высотно-гончарного народного творчества: обклеивает полиэтиленовый пакет с сахаром полосками широкого скотча. Он начал это делать ещё на ночёвке под Вечерним Свердловском (для прочности). Зоны усиления себя вполне оправдали, но нет предела совершенству, и теперь пакет более всего напоминает кувшин оригинальной формы. Главное, прочный.

-Ну, обещать - ещё ничего не значит.. Короче, если вдруг скомандую: ‘Разбегайтесь, птицы-звери!’, значит, прыгайте от входа и выпускайте меня в космос, - на всякий случай предупреждаю я. Но и в этот раз не выполню обещания: всё обойдётся.

-Колёса будем?..-  спрашивает кто-то.

-Хорошо бы, а то башка трещит..

-У меня есть аспирин,- предлагает Борис. Мы почти все съедаем по таблетке, запиваем чаем. Постепенно чувствую себя лучше. Даже что-то ем. Весь вечер болтаем о книгах и фильмах, по очереди с Пашиной палаткой слушаем музыку.

17 сентября 2011 г., суббота

В 05-00 сработал мой громкий китайский будильник, висящий под крышей. Резко просыпаемся, освобождаем место в центре палатки. Заводим горелки, топим лёд, заливаем в термос сладкий чай с лимоном, завтракаем, одеваемся потеплее (Гора высокая и холодная!) и около 07-30 общим караваном выходим на штурм. Нас встречает морозное ясное небо и ЯРКОЕ СОЛНЦЕ. Как говорит наш Лёня, ‘это радует’.

Весь маршрут, большей частью по крутому льду, залепленному снегом, а затем по скальным выходам, пролез Сергей. Ещё один из участников вызвался было пойти первым, но не справился и отступил. Павел страховал лидера, Борис страховал Андрея, который с верхней страховкой замыкал группу и собирал точки, остальные передвигались по перилам, иногда летая по склону на длинных траверсах. На горячее была жёлтая предвершинная скальная башня, на верху которой обнаружилась дюльферная петля. В тени было холодно, на солнечных участках - тепло. Погода звенела.

А утром - в бой

В 14-00 достигли вершины пика УЗБЕКИСТАН. Раньше я считала, что высота здесь 5100 м (как по классификатору), но ребята уточнили, что на старых армейских картах указана высота 5290 м. GPS сегодня сказал, что 5240 м. Лазили на вершину по очереди, потому что одновременно больше двух-трёх человек там не помещались. Сняли записку нашей группы под руководством Ю.Ермачека, пролежавшую с сентября 2008 года (маршрут 4А). Значит, с тех пор здесь никого не было?!. У меня, как назло, от холода сели батареи в фотоаппарате, зато, кажется, у единственной была с собой ручка и записная книжка. Вырвала лист, написала дату, время, погодные условия и состав участников. Взошли 9 человек: Телицин Сергей, Воробьёв Павел (инстр.), Савенков Андрей (инстр.), Орехов Леонид, Стародубцев Борис, Модестова Надежда, Аушев Василий, Гацуц Андрей, Мальцев Александр.

На вершине пика Узбекистан

Мы с Васей полезли закладывать записку в тур, причём он снял процесс на видео, а я немножко прокомментировала, мол, кто мы такие и куда взобрались. Вокруг была непередаваемая чистейшая панорама снежных гор. Вдали виднелись, как определил Паша, пики Корженевской и Коммунизма, а в другой стороне, над Алайской долиной, - пик Ленина. Ясно, солнечно, видимость ‘миллион на миллион’. Вот это чудо, вот это повезло!!! И уходить не хотелось. Вася спустился, поднялся Борис с фотоаппаратом. Мы дождались Андрея, который ещё подходил замыкающим. И долго стояли втроём на самой Вершине, придерживаясь руками за камень и друг за друга, впитывая ВСЁ ЭТО глазами, пульсом, каждым вдохом..  

Но предстоял ещё спуск.  

Возле небольшого жандармика на снежном плече попили чаю, погрызли перекус, с третьей попытки сдёрнули верёвку с вершины и в 16-00 начали спуск по пути подъёма. Первым уходил Павел, искал место для нижней станции, за ним по очереди линяли остальные. Продёргивали Сергей с Андреем. Хорошо, что не убрала жюмар: дюльфера были, в основном, косые, кое-где к нижним станциям приходилось подтягиваться пару метров, а чтобы встегнуть или выстегнуть спусковуху, надо было изо всех сил выбирать верёвку. Ну, и плюс перегибы, плохая слышимость, гроздья людей, висящих в одной петле..

В 19-30 на долину, что глубоко под нами, упала темнота. У нас было ещё светло, но солнце стремительно уходило. На полторы верёвки ниже Паша протягивал, кажется, заключительный дюльфер - похоже, вообще горизонтальный. Саша застрял возле промежуточного бура, пытался выстегнуться из сильно натянутой верёвки и, судя по отдельным возгласам, упустил из рук не то восьмёрку, не то другую полезную железку. Ещё выше нашей станции, сделанной на каменном уступе, где и так висели четыре человека, двое замыкающих из-за глубокого и острого скального перегиба никак не могли до нас доораться и уже долгое время не видели и не слышали, что происходит здесь, внизу. Темнело. Назревал абзац.

Наконец-то Саша добрался до станции и крикнул: ‘Свободно!’. Я с трудом встегнулась на дюльфер, не представляя, как буду проходить тот чёртов бур перед началом горизонтали, ведь у меня и веса, и сил гораздо меньше, чем у крупного дядьки. В это время, так и не дождавшись разрешения, сверху к переполненной станции наудачу подъехал Серёга. Андрей оставался один где-то высоко на скалах и тоже нифига не знал, почему внизу все тормозят на ночь глядя. Было ясно, что убираться и освобождать место надо как можно быстрее.

Съехала к ледобуру. Так и есть, дюльфер натянут струной - как я выстегнусь?!? Спокойно, не паниковать, не суетиться. Один ус самостраховки на бур. Жюмар на верхнюю сторону перил. Второй ус самостраховки в боковое ухо реверсо. Жюмар нагрузить. Поймать эти 10 см отвоёванной слабины, размуфтовать карабин и силой выдрать из него реверсо с верёвкой. ЕСТЬ!!! Реверсо снять, повесить на обвязку, ус самостраховки перестегнуть на горизонтальные перила. Разгрузить и снять жюмар. Сейчас будет 'полёт шмеля', но дрейфить некогда. Перещёлкиваю оставшуюся самостраховку из бура тоже на горизонталь - и, выдохнув: ‘ой, бл@!.., прыгаю, срываюсь, скольжу вниз, зависаю, вбиваю кошки, бегу к станции, самостраховка в петлю..

-Свободно!!!

-Понял!!!

Уже темно. Белорусский Андрюха помогает мне достать фонарь и прицепить его на каску. По очереди мы уходим вдоль верёвки, в обход провала, через узкий гребень до ‘шхельды’, а через 20 метров вот уже и наши палатки. Оглядываюсь на стену 'Узбека', с которой громко доносятся выражения, характерные для тяжело работающих людей. Гору скрыла тьма, и справа от чёрной громады в тёмно-синем небе просвечивают первые созвездия. А яркие и живые звёздочки-фонари постепенно перемещаются к нижним траверсам. Но страшно представить, каково придётся на этих же траверсах Андрею и Серёге! ‘Господи, спаси, сохрани и помилуй..’ Впрочем, сейчас принести реальную пользу своим пацанам я могу единственным способом..

-Паш, ты умеешь собирать этот Андрюхин кастрюльный джет-бойл? Там какие-то ножки по-хитрому заворачиваются.. А он всегда сам его ставил, я боюсь что-нибудь отломать.

Вползаем в нашу палатку. Павел говорит что-то вроде ‘а, чай, - это клёво!’, помогает собрать агрегат с радиатором. Начинаю топить подаренный им вчера лёд. Приходят Борис, Леонид, а в 22-30, наконец, Сергей и Андрей. Всё. На сегодня всё. Пройдено 2/3 пути, осталась завтрашняя часть спуска по склонам, на которые три дня падал снег.. Но это завтра.

Чай выпивается мгновенно. Андрей тут же начинает топить следующую порцию на добавку и еду. В своей обычной позе - со скрещенными ногами и идеально прямой спинкой - он способен часами сидеть возле горелок и что-нибудь варить. Лёня, Борис и я подаём ему куски льда или ещё чего-то помогаем по мелочи. Серёга прилёг на ковриках в углу палатки, свернулся калачиком, приклонил голову на компрессионник с чьим-то спальным мешком, да так и отрубился, забыв даже выключить фонарик во лбу. То, КАК он отпахал эти два дня на маршруте, кажется мне просто непостижимым. Скромный, молчаливый, потрясающе сильный парень..

СЕГОДНЯ мы поднялись на ПЯТЬ ТЫСЯЧ, мы БЫЛИ НА ВЕРШИНЕ ПИКА УЗБЕКИСТАН - друзья, вы ещё помните?..

18 сентября 2011 г., воскресенье

Проснулись в 06 часов, напились чаю, вылезли из палатки, собираем шмотки.

-А я сегодня вечером буду зубы чистить!..- вслух мечтает Серёга, обнаружив завалявшуюся в своём кармане зубную щётку.  

-Да, классно бы,- говорю. - Я тоже почищу.

- О! Потом дашь мне твою зубную щётку?- мигом затевает игру один инструктор. - А то я свою забыл!

- И мне потом тоже, ладно?!- подхватывает второй.  

-Угу, обязательно!.. Вот с этого  и начинаются самые неожиданные эпидемии!..

Девять человек сворачивают бивак на узком плече пятитысячника. А вокруг низкая облачность и пролетает снег. Все в восторге: надо же, как проскочили вчера на Вершину по прекрасной погоде!

-Это настоящий подарок!- радуюсь я прошедшему дню, хотя сегодня из-за пониженного давления вновь чувствую слабость и головную боль, которой не было вчера, в ясную погоду.

-Это Заказ,- лаконично поправляет Андрей. Ну, если вдуматься и уловить разницу..

Тремя связками (2+3+4), то одновременно, то с попеременной страховкой, мы валим по пути подъёма, по снегу, по собственным следам, лишь на заключительной верёвке крутой части организуем дюльфер с каменной балды по скалам и на осыпь.

Опустился густой туман. Прошли плоский ледник и почти вслепую ползём по неустойчивой сыпухе обратно на перевал Акташ. Те, кто поднялся быстро, сидят и ждут остальных. Метров за тридцать до перегиба ко мне спускается Вася, берёт мой рюкзак и заносит его на седловину. Дожидаемся отставших и все вместе спускаемся по снежной стороне в своё ущелье.

Видимость почти нулевая, а нам предстоит ещё разобраться в путанице моренных валов и найти место для палаток под Вечерним Свердловском (знать бы ещё, ГДЕ ОН в этом тумане?!). Высокотехнологичный прибор GPS съел батарейки и отказывается работать. Почти не веря в успех, предлагаю Васе свои, которые возле вершины не понравились моему фотоаппарату (а других нет). Но происходит чудо: GPS соглашается на них поработать и милостиво рисует нам трек, по которому мы выходим на тропу, а по ней к трём хорошим площадкам.

Время около 17 часов. Борис, Сергей, Леонид, я, Александр и Андрей-белорусский остаёмся здесь и ставим две ‘Канченджанги’. Оба инструктора в сопровождении 'штурмана' Васи с навигатором уходят разыскивать оранжевую командирскую палатку, в которой хранится заброска еды и снаряги. Они уносят с собой одну рацию, вторую поручают Серёге. Связь назначили на 20-00.

Идёт снег. Лёня отправляется в дальнюю экспедицию за водой, куда-то за моренный холм, приносит полную кастрюлю и несколько пластиковых бутылок. Вчетвером в своей палатке мы в 18 часов варим суп из пакетиков, делаем чай. Потом лежим и болтаем, ждём связи, изо всех сил стараясь не уснуть до заветных 20-00. Павел сообщает, что у них всё нормально, а по выходу на маршрут будут решать утром, и даёт нам СК до 06-00. Мы передаём информацию соседней палатке. Тут бы можно и спать, но почему-то расхотелось. Вместо этого у ребят прорезался аппетит и возникла идея сварить нормальных макарон с тушёнкой, что мы и делаем. Серёга уговаривал меня бухнуть в кастрюльку сразу всю пачку - 400 граммов макарон. С трудом убедила, что на такой объём посуды и воды их нужно сыпать вдвое меньше, иначе слипнутся. Он так отощал за восхождение, что на лице остались одни только огромные серо-синие глаза, а флисовая куртка висит на плечах, как на вешалке.

К нам на огонёк заглядывает Вася, приносит гостинец - полбанки сгущёнки. От макарон отказывается (он уже поужинал со своими), но за чаем завязывается долгий интересный разговор. Василий по специальности молекулярный биолог, сейчас работает во Франции, занимается проблемами онкологии. Сразу после смены в 'Дугобе' он летит в Германию на какой-то научный семинар. Сетует, что нос обгорел - пожалуй, учёное сообщество может неправильно понять такой внешний вид. Серёга, проведя рукой по щекам, самокритично высказывается насчёт ‘небритых рож’. Неожиданно для всех я прошу:

-Ребята, пожалуйста, не брейтесь на базе, а?.. Почему-то у Ермачека на сборах всегда традиция бриться при любой возможности. А ведь настоящих диких горных мужчин как раз и отличает растительность на лице!

-О! Надежда любит небритых мужчин!- обрадовался Борис. Остальные тоже заулыбались.

-Очень люблю,- я пересказываю им байку о том, как три года назад Юрий притащил электробритву на Узбекистан и наутро после вершины брился в палатке выше 4800. 

19 сентября 2011 г., понедельник

            Просыпаемся по будильнику в 05-50. Через 10 минут по связи получаем команду собираться, провести ревизию продуктов и газа, оставить в ‘Канчах’ верёвки и железо, а к 09 часам подходить к инструкторской палатке. Маршрут на Вечерний Свердловск по-прежнему в плохом состоянии, поэтому сегодня будем валить на базу, а потом вернёмся.

            На дворе облачно и холодно. Морена засыпана снегом, скользкая.

В палатках наверху осталось: карамель - 100 гр, макароны нормальные - 600 гр, соль - 80 гр, консервы килька - 1 банка, лапша растворимая - 4 пакета, каши растворимые - 6 пакетов, овсянка - 1 кг, газ - 1,5 баллона. Борина кастрюля и горелка. Верёвки: жёлтая толстая, чёрная битая и голубая.

Ак-Таш в снегу

Сегодня день рожденья Василия Аушева (29 лет), с чем мы его и поздравляем, спустившись к палатке инструкторов. И только здесь, конкретно стоя ногами на Земле, мы все поздравляем друг друга с Горой.

-Ты, Надежда, дважды ‘Узбечка’!- обнимая меня, улыбается Павел.- Я бы туда если второй раз пошёл, в этот китайский поход, то только 'за очень большие деньги'!.. Действительно, очень красивая Гора!

Здесь же, на полянке, происходит чисто пацанский разговор уморительного содержания:

-Кто знает, что делать, если губы разнесло, как лопухи?!.

Меня так и тянет подколоть: 'А ты в палатке не целуйся!',- но прикусываю язык: у нас мальчики нормальной ориентации, и есть шансы за двусмысленно-цветной намёк схлопотать по ушам.  

-Намажь чем-нибудь.. Я, вроде, помаду брал, сейчас посмотрю..

-На, если хочешь, крем от солнца,- предлагает другой товарищ и тут же спохватывается. - Но свою помадку я тебе не дам!..

-Кстати, фигня: через помаду герпес не передаётся.

-Ещё как передаётся!..

-Вот, держи, нашёл.

-Ага, спасибо..

Смех смехом, но я очень рада тому, что здравый смысл и забота о своём здоровье наконец-то стали брать верх над имиджевыми комплексами 'суровых мужиков'. Причём у значительной части альпинистов.

В рыжей командирской палатке осталось: лапша 'Alconi' - 8 пакетов, сгущёнка - 1 банка, консервы сардина - 1 банка, макароны 'рожки' - 400 гр, газ - 3 баллона. В 09-20 своим темпом начинаем спуск в альплагерь. Вчера я то ли сбила, то ли натёрла палец на ноге, поэтому иду медленно. В 10 часов левее вершины Дугоба висела огромная и чёткая белая луна. В сторону той же горы, нам навстречу, прошёл Юра Ермачек с тремя участниками. С тропы было хорошо видно, как в кулуаре, где начинается маршрут 2Б, уже тусовался караван из 6-7 человек.

К стоянкам под Сельским спустилась в 11-30. Вскоре предстояло пройти неприятное место - ‘собачье пастбище’ (там 3 года назад на меня пытались напасть две пастушьи собаки). Перед походом я рассказывала ребятам, что с тех пор опасаюсь ходить там в одиночку. Лёня подождал меня ещё перед каньоном, и остаток пути мы шли вместе, беседуя о превратностях судьбы, которые каждого из нас в своё время занесли учиться на филологический факультет. Собаки лениво гавкнули из-за реки, но, видя, что нас двое, хулиганить не решились. Ниже на тропе мы встретили отделение Сергея Фёдоровича. Он вёл своих участников в любимое ущелье Улитор. Начался дождь. Я сама знаю, как утомляет с тяжёлым рюкзаком дожидаться кого-нибудь, поэтому предлагала Лёне бежать вперёд и отдыхать, но напарник не захотел. Так вдвоём и пришли на базу около 14 часов.

-Какая ты умотанная!- поразилась Ася, когда я зашла в комнату.

-Ага, угнаться за восьмерыми дядьками непросто.. Хотя они очень обо мне заботятся и почти ничего не дают таскать. Вообще, у нас замечательное отделение.. оба отделения!

-У нас тоже классные ребята!

На обед поела только суп. После высокогорного питания 'вкатываться' в земную пищу тоже надо постепенно.

В комнате осторожно отлепила с ноги пластырь, который наклеила перед спуском, и даже испугалась: здоровенный кровяной пузырь вокруг основания ногтя большого пальца. Ещё бы не больно было с таким идти!.. Наверно, натёрла шерстяными носками, которые для восхождения на 'Узбек' надевала для тепла прямо на босу ногу. Ноготь вздулся и распух. Весь натюрморт смотрелся жутковато, а главное, сильно мешал передвигаться в спортивном темпе. Расстроилась, влезла в сандалии и похромала на улицу, в душ. На этот раз очереди не было. Наверно, потому, что вылезать из-под тёплой воды на холодный воздух - занятие явно для моржей. Но удовольствие от чистоты того стоило! Обнаружила сильно выступившие рёбра и мышцы. Классец!.. А у пацанов с 18 до 20 часов была баня. Вот везучки, они-то погрелись!..

С пальцем надо что-то делать, хоть и страшно. У добрых людей нашлись бинт, баночка с перекисью, а у инструктора к тому же крепкие нервы и твёрдая рука. Пресекая своими армейскими шуточками моё хныканье и 'психологический писк', Андрюха  невозмутимо прокалил иголку над огнём, провёл дезинфекцию, проткнул мне противный пузырь, выпустил из него воду с кровищей и забинтовал ногу.

На праздничный десерт к ужину именинник Вася выставил дыню + арбуз + шартрез. Но самое удивительное, что он каким-то чудом успел всего лишь за 1,5 часа смонтировать фильм на музыке - из слайд-шоу и коротких съемок о том, как ходили на Замок и Узбекистан, - и показал со своего ноут-бука. Вот это был сюрприз!

После ужина соседние столы продолжают блаженно гудеть, допивая 'добавку', а у нас разбор восхождения. Каждый, по кругу, должен дать оценку маршруту, себе и товарищам. Борис высказывает общее мнение о забойщике, что Серёга на самом деле по своему уровню уже готовый 1-разрядник, а нехватка каких-то четвёрок в двойке - это формальность и вопрос времени.

-Бывает гора ради 'клеточки', а бывает Гора сама по себе. Так вот, Узбекистан - это как раз такая Гора,  ради себя самой,- говорит Сергей, и с ним тоже все согласны. Павел, как всегда, педантичен и строг. Помнит множество, казалось бы, 'мелочей', которые могли бы ускользнуть от внимания, но не ускользнули. Постоянно повторяет о самостоятельности и о необходимости думать. Холодноватые светло-серые глаза и чуть вальяжного тембра голос:

-..Я был приятно удивлён тем, что при всей многочисленности группы и при абсолютной пока ещё несхоженности (да ещё и на таком серьёзном маршруте!), за время всего похода не возникло ни одной конфликтной ситуации в коллективе! Никто ни разу ни с кем не поссорился. Это очень хорошо. Ну, и ещё я хочу извиниться перед всеми за то, что однажды допустил матерную ругань на маршруте..

Последняя фраза так неожиданна, что мы фыркаем от смеха: тот нагоняй был заслуженным, потому что в середине группы кто-то болтал в тот момент, когда Серёга искал выход к предвершинной башне, а Паша его страховал и напряжённо ловил каждый сигнал от лидера. Потом ещё некоторые из нас извиняются друг перед другом: кто за вырвавшееся резкое слово ('Ну что ты!.. - искреннее удивление в ответ. - Это ж был рабочий момент!'), кто за свои ошибочные или некорректные действия. В походе к той замечательной Горе мы сделались и остались друзьями - об этом вслух не говорим, но лично мне это особенно дорого.

Завтра нас ждут перемены: для тех, кто приехал на короткую смену, это будет последний день. На этом 'Дугоба' заканчивается для Александра с Гришей. Уезжать собрались Андрей-'старший', которому не хватило здоровья на здешние морены, и Олег, который успел хотя бы интересно провести время, сходив в перевальный походик. Всего в лагере останется человек 30. Нам, как 'типа старшим разрядникам', Ермачек поручает подготовить посвящение новичков. Но до этого надо успеть на свои занятия по самоспасам.

Ближе к ночи стали возвращаться промокшие участники с разных гор. Дине сильно попало камнями, когда стояла на страховке. У неё ссадины на спине и на плече - ободрало даже сквозь флиску и куртку!

Пока я бродила по дальним ущельям, девчата, умнички, натянули через всю комнату репшнур для сушки вещей. Разумеется, эта полезнейшая вещь на значительном своём протяжении занята разноцветными деталями дамского бельишка. Комично наблюдать, как суровые пацаны, которые здесь видят женщин преимущественно в обвязках, заглядывая в гости с каким-нибудь вопросом, на несколько секунд застывают в оцепенении у порога и лишь затем, будто очнувшись, произносят: 'Ого!.. ни фига тут у вас!.. А я вот чего: ты салевовский карабин не находила?..' Такие смешные..

 

Часть 2.

'..за секунду до пробуждения'

20 сентября 2011 г., вторник

            Утром солнечно и холодно. Как быстро исчезают мелкие рыжеватые листья с берёз!..

            -Сегодня мне 24 года!- со смесью недоумения и радости сообщает Ася. - Представляешь?! Обалдеть!!

            -С Днём Варенья!.. А чего 'обалдеть'? - в смысле, много или мало?

            -Ну.. - пока она не знает, как оценить себя в новом качестве, которое на самом деле не имеет ни малейшего значения, говорю:

            -Мне так вот 34, и то ничё.. - и улыбаюсь, потому что знаю ещё секрет тридцатилетних, которого не выдам. Через коридор мы проходим в зал-столовую на завтрак.

            По плану в 10-00 выход на скальные занятия. Сказали, что будем лазить в ботинках. Повреждённый палец выглядит совсем печально. Он сильно распух и как будто задумался о том, не расстаться ли на фиг с ногтем. Пока делала перевязку, а потом пыталась загнать ногу в ботинок, чуть не опоздала к старту. Пошли вниз по дороге, в старый альплагерь. Больно. Стараюсь не отстать.

            Занимались на древнем металлическом спортсооружении, где лестницы, перекладины и рукоход. Андрей взобрался на самый верх, на высоте около 6 метров закрепил три 'виселицы', по которым нам предстояло подниматься из исходного зависания на конце верёвки (имитировали самовылаз из трещины), - вися в воздухе, без опоры под ногами и без жюмаров. Вместо них использовали разные варианты: или два схватывающих узла (грудь-нога) или схватывающий и узел Гарда (грудь и пояс). При этом желательно не лягнуть ногой соседа, работающего на параллельной верёвке. Отдельная поэма - на самом верху, в воздухе, правильно перестегнуться на спуск и вернуться на землю. Когда все отлазили, Павел нам показывал и терпеливо объяснял, как делается на спасработах спуск пострадавшего с наращиванием верёвки. Потом Гриша пытался полиспастом втащить папу Сашу на лестницу, но из-за разницы в весе это было нелегко.

            -Надя, иди сюда! - Андрей снова подозвал меня к 'виселице'. - У тебя есть один жюмар, и всё. Поднимайся. Борис! То же задание: с одним жюмаром.

            Некоторое время я примеряюсь, как подогнать усы самостраховки, чтобы потом не зависнуть наверху. Получаю замечание за медлительность, но затем взбираюсь быстро, потому что знаю эту фишку: надо на каждый шаг прихватывать перила ниже себя и наступать в петлю, лишь потом двигать жюмар - и никаких 'рэмбо-сталлоневских' подтягиваний, получается всё тот же ход 'грудь-нога'. Правда, чтобы сняться с самостраховки и начать спуск, пришлось повозиться, но справилась. Потом тоже собрала полиспаст, - в общем, вспомнила кучу полезных вещей и осталась очень довольна по этому поводу. (Хотя от перемещений не по воздуху, а по земле при каждом шаге на левую ногу залпы звёзд сыпались из глаз..)

            Снова, как во время 'Узбекского похода', я смотрела на наших инструкторов, как они работают вместе. Андрей и раньше-то был тем ещё воином, а теперь сделался таким же строгим и требовательным, как его старший друг, и я видела, что это не подражательство. Это настоящее. На смену прежнему, едва ли не мальчишескому восхищению 'дядей Пашей' приходил собственный опыт, и уже складывалась собственная манера. И.. Господи, как я рада, что эти люди есть в моей жизни! И не только они!..   

Занятия по самоспасам

 В конце занятий происходит разговор о дальнейших планах. Андрей хочет, чтобы Леонид, я и Борис (если ему это интересно) не шли вторую четвёрку, а честно поработали на маршрутах 2-3 категории. Паша одобряет, хотя говорит, что готов сводить весь 'паровоз'. Но реально сейчас по своему уровню четвёрку заслуживает только Сергей, он должен получить свою 4А в двойке в зачёт. Это было бы справедливо.

            В 13-30 мы срочно вернулись на базу, чтобы помогать в 'посвящении новичков' (на сей раз в роли 'жертв' отделение парней, среди которых всего одна девочка). В роли Царя Гор - инструктор Серёга Селивёрстов с огромным фальшивым пузом. После того, как всех несчастных прогнали по полосе препятствий, заставили произнести клятву и поцеловать ледоруб, намазанный горчицей, Серёгино отделение собралось в столовой и уселось смотреть какой-то фильм на ноут-буке.

            -Надя, ты здесь тоже есть!- позвал меня Селивёрстов. Оказалось, кино было про летнюю смену 2008 года в 'Ала-Арче', когда я ходила в его отделении, а Дина была новичком в отделении Юры Ермачека. Ролик был как раз про тогдашнее 'посвящение', где Царя Гор сыграл Денис Урубко (в тот день он, как и все, пережидал непогоду на приюте Рацека).  

            -Ой, смотрите: Гришка! Мелкий какой!..

Как сильно изменился Григорий за три года! Я познакомилась с Мальцевыми в той самой 'Ала-Арче' и в конце смены ходила с Сашей 3Б на Бокс. Гриша тогда был 15-летний пацан, ростом чуть выше Динки и остальных девчат-новичих из своего отделения, а сейчас (при встрече в Оше я и не узнала его!) вымахал под метр девяносто  - хороший, умный и красивый парень.

Сегодня они все уезжают. Прощальный ужин с тортами и песнями под гитару в столовой. Столько мечтала о гитаре, но активно участвовать не могу, только подпеваю вполсилы, потому что горло заложено после Узбекских снегов. Зато наконец-то послушала Юрия и Пашу.

В комнате стоит собранный рюкзак. Позади корпуса несётся река. Завтра мы уходим наверх, и пусть всё идёт так, как идёт. Но мне бы ещё дойти!.. Разведала, что у нас тут есть медик Наташа (кстати, завтра она присоединится к Пашиной группе). А сегодня вечером, хотя и в отпуске, сделала мне очень квалифицированную перевязку. Под бинт заложила мазь левомиколь, чтобы лечить воспаление, а снаружи проклеила бинт клеем БФ-6, чтобы продержался несколько дней.

В холле градус отмечаловки повышается, песни становятся всё громче и окончательно сползают на тематику Зоек, фраеров и 'малины', и вскоре Андрей забирает нашу дружную компанию 'эсэсовцев', к себе в дом инструкторов смотреть кино про Горы.

21 сентября 2011 г., среда

            В 06-15 завтрак, в районе 07 часов выход своим темпом. Идём с барахлом на несколько дней: из лагеря через пик Сельский на Дугобу (2Б), и далее на верхние ночёвки. Слева, из-за края ущелья, появляется солнце и красиво подсвечивает висящий перед нами прозрачный туман. На привалах мы с Борисом увлечённо фотографируем это чудо, и лишь возле Сельского я спохватываюсь, что пора бы надеть солнечные очки. Здесь отдыхают стаценковцы. Время ещё 10 часов, они только что проснулись, и Сергей Фёдорович расстилает на кустах арчовника отсыревший спальник. Рядом прогуливается наш Андрюха. Я мчусь обнять Танюшку, с которой не виделась, считай, с самого приезда. Мы успеваем перекинуться лишь парой слов, впрягаемся обратно под рюкзаки и движемся дальше.

            Перешли каньон, по тропам и 'бараньим лбам' поднялись к верхнему краю другого берега. В узкой щели, метрах в 30-ти под нашими ногами, ревёт река. Не впервые хожу здесь, но каждый раз дух захватывает: насколько мощные Силы Природы сотворили всё это!..

           -Где начало маршрута?- неожиданным вопросом останавливает нас инструктор. На этом выходе Леонид - руководитель восхождений, но 'экзамен' начался как-то уж слишком внезапно.

Ровно напротив нас, на другом берегу ущелья, стоит гора, до невозможности похожая своими контурами на Дугобу. Даже в правой её части есть абсолютно такой же 'треугольник', с каким рядом начинается заход на 2Б. Лёня с ошарашенными глазами молчит: он, конечно, знает, что наша гора должна быть где-то подальше, но вдруг начал сомневаться, ведь идёт в эту сторону всего второй раз в жизни. Но вопрос был адресован, наверное, всему отделению, и, пока он соображает, в чём тут 'засада', принимаю вызов:

            -Так это ещё не Дугоба. Это первая вершина в отроге, очень похожая на Дугобу. Она даже на схемах района обозначена как безымянный треугольник. Смотрите: здесь и каньон негде перейти, и под стену не подойти, потому что весь склон - сплошные сбросы.

            -Тогда где Дугоба?..- очень натурально прикидывается шлангом Андрюшка. - Ну, ведь я же не знаю, я там не был!..

            -Дальше. Она следующая. Да точно, точно!..

            Ничего не ответив, инструктор уходит дальше по тропе. Улыбаюсь Лёне, мимикой и жестами показываю, что всё нормально. Уф, всё-таки полезно знать район!.. Дальше берега постепенно раскрываются, русло реки становится шире, и в 12-00 мы слышим привет из рации:

            -'Новосибирск', пройди ещё 200 метров вперёд, там сможешь перейти каньон!

            Обстреливаем глазами совсем уже близкую настоящую Дугобу и замечаем на скальной ступени на фоне неба одного человека, а выше - ещё двоих.

            -Понял, 'Свердловск', понял! Вижу тебя.

            Паша, Серёга и Вася лезут маршрут 3А. Сегодня на верхние ночёвки к ним должны подойти белорусский Андрей и Наташа, а завтра все они пойдут на Вечерний Свердловск, а мы с тех же ночёвок - на их сегодняшнюю Дугобу, 3А. Кажется, так. Мы быстренько перекусываем банкой рыбных консервов с хлебом. Со стороны перевала Акташ тянет ледяной ветер. Утепляюсь термобельём и свитером. Надеваем обвязки, берём всё снаряжение для маршрута и Лёнин рюкзак с тёплыми куртками, чтоб потом туда же убрать палки. Остальные рюкзаки складываем в кучку, накрываем чехлами и оставляем недалеко от тропы. Поддавшись внутреннему голосу, прошу всех взять фонари.

            Налегке перешли каньон, поднялись в узкий скальный кулуар. За нами ещё с Сельского увязалась местная лагерная собака. Приказов 'Домой!' она не хотела понимать по-хорошему и даже вместе с нами взобралась на дрожащих лапах на полку - метров десять по простым скалам. Но тут уже Андрюха рявкнул на неё страшным голосом, и псина, скорчив обиженную морду, повернула вниз и убежала по сыпухе разыскивать более сговорчивое отделение.

            -Значит, так: я лезу первым, за мной Андрей, дальше Надя, Борис замыкающий,- скомандовал Лёня. Он выглядел очень серьёзным и, кажется, очень волновался, поэтому я решила смолчать, что не согласна с такой расстановкой. Ведь если мы пришли сюда учиться, то работать на страховке логичнее мне, а не вешать эту задачу на инструктора вдобавок к рюкзаку. Но промолчала, потому что вдруг стало 'не по себе'. От оглушающе резкого запаха чабреца и мяты на скальных полках. От постоянной изматывающей боли при каждом движении левой ноги. От разрушенных скал, вздыбленных узкими вертикальными слоями, через которые медленно потянулась вверх связочная верёвка. Она сбивает осколки - тонкие чешуйки. Они ссыпаются в кулуар и мелодично звенят, словно горсть мелких монеток.. звенят по скалам.. камни.. Пытаюсь продышаться, чтобы успокоиться, но братишка уже заметил:

            -Тебе плохо? Что-то болит?..

            -Нормально, сейчас пройдёт..

           -Ты сама знаешь, что скрывать плохое самочувствие запрещается! Что с тобой?

            -Нога болит, но это фигня, не в ней дело.. Просто психоз..- у меня совершенно нет сил разводить психоанализ посреди маршрута.-  Давай не сейчас, поговорим на Земле, ладно?..

            Летят облака. Добивают грустные мысли, абсолютно 'высаживают' страшные. Концентрируюсь только на том, чтобы выбирать верёвку от Бориса. Он уверенно идёт замыкающим и снимает оставшиеся точки. Один раз Леонид вешает перила, весь остальной путь проходим лазаньем. По его оптимистичному плану в 14-00 мы должны быть на вершине, а в 16-00 спуститься. В реальности на вершину выбираемся в 17-00. Здесь хлещет ветер. По обходной тропе и сыпушным лифтам к 18-00 спускаемся к подножью Горы и отсюда расходимся: договорились, что я с Лёниным рюкзаком сразу же отправляюсь вперёд, а ребята вернутся чуть вниз по каньону забрать остальные, потом догонят. Краем уха слышу из рации Пашин голос: кажется, будто он говорит, что командирскую палатку завалило ветром. Но не останавливаюсь, чтобы уточнить: скоро стемнеет, на счету каждая минута.

            Перешла реку, тяну в подъём по тропе через нескончаемые морены. Ветер мчится навстречу, бьёт наотмашь порывами, толкает, останавливает. Иду против него, упираясь палками и ногами. Кажется, ветер знает, что я уже ОЧЕНЬ сильно устала. Но вряд ли я устала больше, чем остальные ребята.  

         '..и он увидит, как горят сердца и страны.

         Ночей и будней штормовых случится много,

Но он останется в живых - и слава Богу!..'

            Песня Анатолия Киреева, в которой не знаю половины слов, живёт 'внутренним текстом', заклинанием, защитной молитвой на длинных дугобинских тропах, посреди сухой тундры и низких облаков. Кажется, ветер видит, что уже скоро час, как я снова одна в бурой осенней пустоши, насколько хватает взгляда. И знает, что зачем-то хочу, но не умею перевести его имя на киргизский язык. 'Муздак шамал' - вот как будет 'холодный ветер', но это откроется позже, а сейчас ему будто нравится смеяться над тем, как медленно я переставляю ноги. Почти как на Высоте. Там тоже был ветер. Но там он дул ещё сильнее, - значит, Я НЕ СДАМСЯ и здесь!.. Удар в лицо. Такой силы, что прикрываю глаза и отворачиваюсь, чтобы сделать вдох. И выдох - вслух, злым криком: 'А хер тебе!!! Я дойду!!!' И через плечо вдруг вижу тёмную точку на перегибе дальней морены. Вот только почему одну, ведь я шла ужасно медленно?!.

            Андрей догоняет меня через четверть часа. Отдаю из рюкзака его куртку. Лёни с Борисом до сих пор не видно, это начинает беспокоить. Но нужно быстрее добраться если не до верхних 'Канченджанг', то хотя бы до командирской палатки, чтобы организовать на всех горячего чаю.

            -Пошли!

            -Может, оденешься нормально? У тебя же есть тёплый комбинезон?- произношу я, не в силах отвести взгляд от видавших виды синих штанов, сквозь многочисленные прорехи в которых видна светлая кожа. И если в жару на Малом Замке этот боевой наряд вызывал улыбку, то на ледяном ветру всерьёз беспокоит, как бы молодой мужчина во цвете лет не застудил себе.. ноги.

            -Мне не холодно. Ветер - тёплый! Очень сильный, но тёплый. Идём!

            Поверить в это невозможно. Но поскольку не заметно ни сизого носа, ни озноба, то я как-то без малейших эмоций допускаю мысль, что Андрюха уже мог напрактиковаться до того уровня, на котором научился в собственном физическом теле обращать холод в тепло. Почему бы и нет? И послушно следую за ним по тропе.

            Инструктор впереди метров на двадцать, но дальше не отрывается - видимо, решил меня ждать. Воздух становится всё более холодным и прямо на глазах синеет. Пролетают жёсткие крупинки снега. Ещё только начало сумерек, но включаю фонарь и время от времени оглядываюсь назад, чтобы Лёня с Борей могли видеть его свет. (Лишь бы собственные фонари остались у них при себе, а не лежали сейчас в том рюкзаке, который у меня за спиной!..)   

            Вижу, что Андрей спускается к ручью, переходит его, но через пару минут возвращается обратно на тропу. Всё ясно без слов: командирскую палатку, действительно, снесло ветром, и теперь у нас только один выход: упираться до верхнего лагеря, где несколько дней назад мы поставили две 'Канчи'. Там сейчас люди, там наши друзья - Паша и его участники. Туда мы идём. Усталость больше не имеет значения. Ночь опередила нас, и Время становится призраком, теряет смысл. Мы ВСЁ РАВНО будем идти. Всё равно..

            Потом я догадываюсь, что Время существует, что сейчас примерно 20-00, потому что в низинке между каменным и снежным склонами, где чуть слабее ветер, Андрюха остановился и пытается вызвать на разговор громко шипящую рацию, а мне показывает жестом: 'Проходи вперёд!'. Камни присыпало снежной крупой. Озираюсь в поисках тропы, но ничего явного тут нет, зато впереди, повыше нас, на левом склоне замечаю недалёкие лучи двух фонарей. Они светят ровным голубоватым светом и почему-то не шевелятся, но там ведь люди, там наши палатки, и я направляюсь к ним..

-Стой!!!

Чуть удивлённо смотрю, как Андрей со своим тяжёлым рюкзаком в несколько прыжков взлетает ко мне по сыпухе. От того, какие в этот момент у него были глаза, и от того, как он заговорил со мной,- очень мягко и осторожно, словно с потерявшимся ребёнком, - мне стало жутко.  

-Куда ты идёшь?

Я почувствовала, что происходит что-то ненормальное. Кто-то явно свихнулся. Причём 'неадекват' творится не с кем-то левым, а СО МНОЙ. И это я сейчас должна любой ценой не вывалиться из той реальности, на грани которой Андрей успел меня перехватить.  

-Там свет,- признаюсь упавшим голосом, изо всех сил удерживаясь сознанием за эти встревоженные серебристые глаза. - Там фонари на морене. Два фонаря.

-Ну-ка, выключи свой!.. Где ты увидела фонари?!

Выключать не стала, просто, сложив перчатки горсточкой, загородила ими луч и скосила глаза влево. Неподвижные полосы на склоне побледнели, остались на том же месте и почти слились по цвету с остальными камнями. Разочарованный вздох:

-Это снег..   

-Да, это снег!- чётко повторил Андрей. - А нам вон туда. Идём!

            Мы спускаемся на пару десятков метров, которые я преодолела под гипнозом миража, переходим ручеёк и взбираемся на крутой снежный бугор. За ним тянутся горбы и провалы неровных моренных полей.

            -Осталось триста метров,- говорит инструктор. Почему-то он не включает фонарь. Наверно, сдулась батарея. Добавляю яркости на своём. Радостно кричу, что вижу на снегу следы людей и собаки. Чуть-чуть корректируем курс. Потом следы теряются, но мы всё идём, и кажется, что довольно быстро. Ведь сейчас невозможно, как при свете дня, выбирать наилучшее место для постановки ноги. Поэтому нет лишних движений, равновесие стало инстинктивным и безошибочным. К тому же пальцы в ботинках замёрзли и перестали болеть, и сейчас это тоже хорошо.

            Я знаю, что мы не пропадём. Даже если заблудимся и не найдём палатки. Ветер не сможет нас убить. Он и не хочет, но если у нас не хватит сил бродить до утра, мы не ляжем и не умрём в этих камнях. У нас есть Андрюхин спальник и коврик, есть тёплые куртки парней (которые я, получается, невольно у них утащила!..), есть джет-бойл. Главное, чтобы Борис и Леонид тоже шли вместе. И, если им придётся встать на 'холодную' ночёвку, тоже догадались бы и не постеснялись распотрошить мой рюкзак вдобавок к Бориному, вытащить оттуда тёплые вещи и употребить по назначению.  

            Я понимаю, что слова про 'триста метров' могут оказаться ошибкой. Но это не имеет значения. Мы ВСЁ РАВНО будем идти. Лютые бело-голубые звёзды, заполнившие всю глубину неба, и громадный наклонный ковш Медведицы не желают нам ничего плохого. Они идут своими путями. Они красивые. Они здесь живут. Живёт ветер. Заряды твёрдой 'крупы'. Два человека в космической темноте. Камни в снегу. И странно светящееся голубое пятно, блеск металлической дуги в свете фонаря.. ПАЛАТКА !!!

-Залезайте!

            Сбросив палки и рюкзаки, мы по очереди ныряем в круглую нору 'Канченджанги'. Нам дают место, наливают чай. Здесь НЕТ ВЕТРА, его оставили снаружи и не пустили, но за эти часы встречный ветер настолько прорвался в меня сквозь кожу и сквозь глаза, что теперь адски жжёт изнутри, вырезая слёзы. Еле различая сквозь мутную пелену офигевшие лица дружественного отделения, поясняю, что утром долго шла без солнечных очков, да ещё против ветра, да ещё фотографировала туман, поэтому сейчас проревусь - и всё пройдёт. (Впрочем, я бы на их месте, наверно, тоже напряглась, если бы наблюдала перед собой спокойно разговаривающего человека, у которого при этом из закрытых глаз катятся потоки слёз.) Наташа роется в аптечке и предлагает мазь для глаз, но я ношу контактные линзы, поэтому отказываюсь совать в глаза какую-либо химию. Само пройдёт. Народ успокаивается. Становится ещё теплее, когда Андрюха обнимает мои плечи, накрыв половиной куртки. Я загребаю к себе под мышку его ближнее колено, едва прикрытое ажурной сетью дырок на штанине. Мы пьём сегодня второй раз, считая с шести часов утра. Мы среди друзей. Мы дошли. НО ЭТО ЕЩЁ НЕ ВСЁ, потому что МЫ здесь НЕ ВСЕ.

            Василий готов немедленно мчаться на поиски. Его доброта и спасательский порыв очень трогают, но Павел рассудителен, мудр и опытен: 

-Ты погоди бежать.. Андрюха, на сколько они отставали от вас?

-На час как минимум, а то и больше. Когда я выходил от рюкзаков, они там ещё сидели и даже не тронулись.

-Значит, сейчас они только в районе мехнатских ночёвок или чуть выше. Раньше, чем через час, смысла нет за ними дёргаться..

Тут снова существует Время, и сейчас 20-50. Чуть-чуть пришли в себя, поблагодарили друзей и собираемся в свою палатку.

-Осторожно там, на собаку не наступите!- на выходе предупреждает Паша.

-На какую ещё собаку? Она что, здесь?

-Ну. Увязалась. Наташа хотела её на ночь в палатку затащить, а мы сказали: 'На хрен, пускай на улице спит!'

Крепко же меня сегодня 'ушатало', если даже не заметила ещё одного участника!.. Собака и вправду дрыхнет, свернувшись калачиком у входа. Её не беспокоит ни ветер, ни снег, и не разбудили даже наши ползанья сквозь тубус. Вот закалённая рыжесть!..

Но СКОЛЬКО ЖЕ ЗДЕСЬ ЗВЁЗД, это просто с ума сойти!!! КАКИЕ ОНИ КРАСИВЫЕ..

Белые звёзды и Медведица наблюдают, как мы поправляем полузаваленную и сильно изорванную ветром вторую 'Канченджангу'. Я забираюсь внутрь расстилать вещи и в клапане Лёниного рюкзака нахожу налобный фонарь. Это плохо. Это значит, что по крайней мере один из ребят сейчас идёт в потёмках. Андрей уходит искать воду, но среди ночи это безнадёжная затея, и он возвращается с полным ковшом свежего снега. Топим снег. Варим макароны с зелёным горошком, замешиваем туда сыр. Едим. Варим снова, потому что в 22-30 наконец-то приходят Леонид с Борисом. Вася встретил их на морене. Увидев его, они, конечно, обрадовались, но застеснялись и скромно спросили: 'Ты, наверно, в туалет вышел, а заодно и нас увидел..'

-Ага, точно!- подхватил Василий.- И ради этого я пошёл ночью за шестьсот метров от палатки, да?!

            Теперь всё в порядке и можно радоваться, но вдруг начинается разбор восхождения, причём в очень жёсткой форме. Инструктор крайне недоволен работой отделения на маршруте, особенно Лёней (за то, что подолгу предавался размышлениям, куда лезть) и мной (за автоматизм), а также Лёней и Борей за то, что 'тормозили' и задержались с выходом в сторону ночёвок. Он говорит резкие слова о нашей подготовленности. О смысле пребывания здесь, в Горах. Об осознанности каждой минуты этой жизни и о людях, которые привыкли тупо жить по инерции, будто во сне..

Чувствую, что он в чём-то прав, но сейчас, мне кажется, ведёт себя слишком жестоко по отношению к уставшим ребятам. Сегодняшний график был просто убойным, и если я успела хотя бы немного очухаться после ветра и ночных морен, то на остальных участников весь этот разгон обрушился вообще внезапно. Правильные вещи, сказанные несвоевременно, способны сорвать крышу и нанести глубокие раны. И если сейчас кто-то из парней затаит обиду, если утратим ту гармонию, дружбу и единство, которые завоевали в 'Узбекском походе', то НА ХРЕНА НАМ ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ?! Вряд ли кто задумывался, а ведь именно на такие отношения между собой кое-кто умышленно программировал своё отделение, с самого начала используя в качестве коллективного обращения только одно слово: ‘ДРУЗЬЯ’.

После чай, негромкие разговоры о дальнейшей жизни, и только Леонид весь остаток вечера молчит, полностью погружённый в себя..

22 сентября 2011 г., четверг

            Сегодня у Паши, Сергея, Андрея, Наташи и Васи восхождение на Вечерний Свердловск, а у нашей четвёрки переброска лагеря под Дугобу. С утра наш Андрюха наведался в гости в к соседям и вскоре вернулся взвинченный, отвешивая всякие нелестные эпитеты об уровне интеллекта людей, начисто лишённых чувства юмора. Спрашиваю, что стряслось.

            -Да, блин, эта Наташа!.. Я всего лишь спросил: 'Вот сейчас ты врачом работаешь, а кем хочешь стать, когда вырастешь большой?'. Наташа маленького роста, и, видимо, решила, что я над ней издеваюсь, и говорит: 'Выйди вообще из нашей палатки, ты мне мешаешь!'.

            Пожимаю плечами, поскольку тоже не вижу в вопросе ничего оскорбительного: Андрей задаёт его едва ли не всем новым знакомцам, независимо от роста, пола и возраста. Конфликт кажется пустяковым, такие быстро забываются.

            Павел с отделением стартовал на гору, мы неторопливо завтракаем.

-Ноль_Часов_Три_Минуты,- неожиданно провозглашает женский голос в нашей палатке, хотя на дворе давным-давно солнечное утро. Участники привычно хихикают: это у инструктора в очередной раз сбились часы. Так происходит при каждом зацеплении рукавом за неудачно расположенные кнопки. Мы уже знаем байку о том, как у него появилось это говорящее чудо китайской техники. Летом в 'Ала-Арче' Сергей Фёдорович сорвался на маршруте и сильно ушибся. Андрей с отделением шёл на ту же гору и оказался рядом. И где-то там, пока они сидели с пострадавшим, пока медленно спускались, решили чем-нибудь обменяться ('Махнулись часами на ширево',- шутит Андрюха). Ему приятно носить часы Стаценко, потому что у того добрая энергетика. Но ведь из-за постоянных сбоев эта игрушка совершенно нефункциональна, а следить за временем необходимо хотя бы ради сеансов связи. И сегодня это особенно важно, потому что, похоже, мы единственные, кто будет слышать Пашу на Свердловске. Мои часы ведут себя гораздо надёжнее, а раз мы снова будем бродить 'своим темпом', то предлагаю, чтобы Андрей взял их себе как дублирующие.

Около полудня мы сняли свою 'Канченджангу' и ушли. Специально остановилась, чтобы при ярком солнце разглядеть полосы тех самых двух снежников, которые чуть не заманили меня ночью. Вот это была бы ловушка!.. Ценный Урок, что НИКОГДА нельзя терять внимание и ходить 'на автомате'. При ЛЮБОМ физическом состоянии!!!

Свернули на поляну к командирской палатке, упаковали её и взяли с собой, подобрали мелкие вещи, разлетевшиеся на добрую сотню метров. В 13-30 поставили 'Канчу' на другом берегу реки, на ровной рыжей травке под горой Дугоба.

Обед, разговоры, очередная фаза ремонта. Вчера ночью Борису удалось кое-как заткнуть и придавить рюкзаком огромный разрыв на торцевой стенке палатки. Сегодня стараюсь зашить, но это уже очевидный финиш. Гнилая ткань расползается и восстановлению не подлежит. Кстати, палатка 'историческая', она тоже была на Узбекистане как минимум два раза. Причём в сентябре-2008 перед выходом мы её же и зашивали вдвоём с Ермачеком (я с уверенностью на 100% опознала по своему 'фирменному' стежку). Но сейчас всё, что могу сделать - это прикрепить свободно висящую стенку внутреннего слоя к днищу. Наружный слой пал в неравной борьбе со вчерашним ветром.  

Переехали в тундру

Ждём группу Стаценко с Крестьянки, 3Б. Встречаем ребят, поим чаем, классно общаемся все вместе. Собака с утра тусовалась с нами, но, увидев, что часть людей собирается в направлении базы,  перекинулась к ним: а вдруг там пожрать дадут?.. На прощание просим у Сергея Фёдоровича консультацию по завтрашнему маршруту 3А. И наше отделение получает её в подробностях на другом берегу реки (оттуда лучше видно).

На закате ушла приводить в порядок энергию и мозги. Кажись, помогло.

-Мы дюльферяем!- сообщил по рации Паша в 20 часов. Днём, насколько мы поняли, ребята упёрлись в пятёрочные стены. Следующую связь назначаем на 22-00, но в это время, как выяснится позже, они только-только ступили на землю и уже не услышали нас из-за холмов.

На ужин заварили из пакетов суп харчо. Вдобавок один участник догадался кинуть туда две порции острой приправы (а наши желудки на выходах напрочь отвыкли от такой пищи). К тому же я поела сгущёнки, хотя обычно избегаю рисковать.. Как следствие, ночью дико болел живот и снились сюжетные кошмары с продолжением.

23 сентября 2011 г., пятница

            Будильник запищал в 06-00, и тут-то я с криком: 'Выпустите меня отсюда!!!'- рванулась из палатки в тундру избавляться от всего неосмотрительно слопанного накануне. На завтрак разогрели тот же суп харчо, и Лёня с Борей совершенно безнаказанно (в смысле - без последствий!) его уплетали. Андрей развёл себе 'растворимое пюре' (потому что суп с мясом). Я подозрительно покосилась на суп - и тоже стала есть картошку.

            В восьмом часу утра вышли с двумя верёвками на Дугобу, 3А. Но теперь всё было по-рабочему и лучше. Не стали убиваться об первый кусок рассыпухи, а прошли чуть выше по кулуару, оттуда свернули влево на скалы. Лёня сначала повесил перила, а потом крикнул, что 'дальше всё пешком', и до самого ключа лезли в связках одновременно. Хоть и не по сложному, но много развальни попадалось, и надо было идти 'нежно, как кошечка', и оглядываться, как легла верёвка (чтобы не сбила камушки на Андрюху). Но это происходило уже как-то спокойно и осмысленно.

            Лёня начал работать ключевой 40-метровый камин, Борис страховал. Мы с Андреем, не доходя до них метров десять, нашли удобный выступ для станции, пристегнулись и глядели то вверх на лидера, то вниз (вдалеке, на сыпухе, сидели три человека и явно целились на наш маршрут, но мудро пережидали, пока мы уйдём выше 'ключа', чтобы не словить шальной камень).

            Прохладно. Солнце и облака. Разогреваюсь, прохлопывая себя по рукам и ногам. Андрюха пересказывает какой-то фильм. Кажется, я его смотрела. Хочу понять своё состояние, и что случилось два дня назад, и что изменилось. Тогда было плохо, а сейчас хорошо. Подумала: 'Наверно, сцуко, труслиффая',- и стало так смешно, что даже не обидно.

            Ну да, меня однажды побило камнепадом - КОГДА-ТО. И я очень напугалась. В другой раз видела, как неумолимо поехал камень и обвалился моему братишке по голове. Это тоже было очень страшно. Но вот что произошло потом: Андрей СМЕНИЛ РАЗБИТУЮ КАСКУ и ушёл дальше. А я так и не сумела переключиться, 'застряла', осталась нянчить и вылизывать свой страх.

Тем временем с каждым  из нас много всякого приключалось и после этого. И с кем-то из Друзей. Кого-то больше нет на этой Земле.. А тем, кто  продолжает  ходить в Горы, навсегда бесконечно дорогими  остаются Люди, когда-либо встреченные здесь. Мы бы хотели их уберечь, но часто оказываемся на разных маршрутах, в разных районах, да  и вовсе не знаем, что и с кем происходит в данный момент. И значит, остаётся одно: ДОВЕРЯТЬ. Отпустить родных, друзей и самих себя на милость и мудрость Высших Сил в каждый миг каждого дня, на всём нашем Пути, всегда и везде.. Аминь.  

            Не здесь, а лишь через несколько дней - 'на Земле' - я пойму: зацикленность на старом страхе - это МОЯ ПЛАТА вот за эти 'дневниковые романы', которые просятся на волю после особенно ярких выездов в Горы. Потому что, стараясь сохранить в словах 'фотоснимок' живых на тот момент эмоций, мыслей, отношений к событиям и людям, возвращалась в прошедшее время. Получается, 'застревала' в нём. Но я чётко сознаю, ЗАЧЕМ это делаю. А значит, согласна платить. Вот только настала пора менять условия.   

От 'моего' камня остался шрам поперёк бедра - с годами он сделался тонким, как ниточка. Я давно забыла о нём. Но почему-то всё равно оборачиваюсь в один и тот же затхлый тупик. Надоело. Пора оставить ту боль и ужас в прошлом, отпустить их от себя и освободиться. Хватит! Я хочу разорвать эту привязь и уйти. Ради себя самой.  

Леонид, похоже, 'в ударе'. Почти физически ловлю волну азарта и удовольствия, которая излучается от него, когда после перил мы продолжаем одновременное движение в связках. Причём рельеф позволяет где-то выйти на параллельные курсы, и несколько минут это напоминает парные гонки. Предпочитаю сбавить обороты и чуть уступить первой связке, пока не увлеклись и чего-нибудь не уронили на Борю с Андреем. Мне просто кайфово пролезать там, где три года назад участвовала в групповом жюмаринге. Вновь с благодарностью открываю для себя это чувство.

Почти без замечаний (по сравнению с прошлым разом) в начале двенадцатого выходим на вершину Дугоба. Греемся на солнце и никуда не спешим. Наблюдаем, как по тропе на противоположном берегу реки спускаются две точки с ногами. Угадываем, что это белорусский Андрюха и Наташа, потому что Павел, Сергей и Василий в параллель с нами лезут 3Б на Мехнат, а больше тут никого быть не может. Наша палатка под горой выглядит отсюда как нарядный ярко-голубой цилиндрик. Хотя на самом деле она изодрана и покрыта заплатками, как пёстрый балаганчик цирка шапито.

Леонид на вершине пика Дугоба

-Кого пишем руководителем?- приостановив ручку над бланком записки, холодно спрашивает Лёня у инструктора. Тот, как ни в чём не бывало:

-Тебя.

Зачётно и кайфово. Мы пьём чай, жуём орешки с изюмом и ждём полудня, чтобы поговорить с Пашей. Снова начинаются мужланские шутки по поводу 'электронной девушки' с её непредсказуемым нравом, и я вдруг чувствую, что желание, мелькнувшее вчера утром, 'дозрело'. Дело в том, что ещё в магазине, когда выбирала себе часы, то сразу понимала, что они мне великоваты и изначально предназначены для более широкой, сильной мужской руки. Но взяла их из-за секундомера, подсветки экрана и оптимистично-жёлтенького корпуса и активно носила уже года два. И когда увидела, как ловко и удобно они сели на Андрюхино запястье, то захотела, чтобы..

-Слушай, оставь их у себя. Насовсем.

Полсекунды размышленья. Улыбка:  

-А поменяемся?!

-А давай!

Андрей снимает со своей руки и передаёт мне 'электронную девушку'. Застёгиваю браслет, стараясь не задеть кнопки манжетой. Мне впору и удобно. Оба офигенно довольны. Прежние жёлтенькие часы поднимались со мной на пик Ленина и на три действующих вулкана Камчатки, а с новым хозяином побывают ещё в каких-нибудь немыслимых краях. И при этом будут хранить частичку наилучшей энергетики от меня. А у меня теперь будут часы, которые прежде носили целых два изумительных человека, и эти часы тоже 'заряжены' от каждого из них. Потому что от Чистого Сердца.

Павел на Мехнате, за нами по маршруту идёт группа Ермачека, у всех всё в порядке. Собираемся и траверсируем с вершины на сыпушные лифты. Да, лезть на четвереньках по скалам мне было гораздо удобнее, чем идти вниз по жёстким 'лифтам': палец на ноге вновь сильно разболелся. Не слишком позорно и далеко, но всё-таки отстала на спуске от парней. И в лагере, когда переобувалась на травке, с таким выразительным стоном облегчения стянула с себя ботинки, что изнутри палатки заинтригованно спросили, что там со мной происходит.

-Да, именно то, что ты подумал! Высшая степень удовольствия зовётся 'тапочки'!..

На улице ветер, поэтому готовим обед и едим его в палатке. Выглядываем, не спускаются ли 'ермачеки', потому что имеем стратегическую цель заманить их в гости и напоить чаем. В 14-00 интересующая нас группа с позывным 'Горец' выходит на связь девчачьим голосом.

-Дожили,- ворчит наш страшно суровый инструктор, получив 'СК' и откручивая антенну от передатчика,- 'дядя Юра' позволяет женщине разговаривать по рации!..

За такие возмутительные дискриминационные речи я обзываю его шовинистом, в ответ Андрюха обещает сбросить меня в реку. Я в реку отказываюсь, мы продолжаем препираться, ребята ржут, солнце светит, ветер дует, стельки сушатся, над нами стоят Дугоба и Крестьянка, а выше по ущелью Работница и Мехнат, а дальше Акташ, за ним ледник и Узбекистан, и выше только Небо.. А нам балдёжно, весело и счастливо..

Через какое-то время спускается 'дядя Юра', с ним парочка высоких худеньких питерцев, мальчик и девочка. Растительноядные, как выяснилось в ходе чаепития. Прослышав, что у нас веганский инструктор, они начинают завистливо мечтать вслух: 'Ой, вот бы нам такого в отделение!..' Наивные. Наверно, воображают, будто у нас по вечерам аромат дымящих палочек и по утрам медитация на цветочки. Мы коварно хохочем, но не раскрываем интриги: авось ещё попадутся в Андрюхино отделение, вот тогда и наслушаются просветительских лекций на богатом и крепком русском языке.

Одновременно с отдыхом и чаем мы снимаем палатку и пакуем рюкзаки, и вскоре после ухода обаятельных романтиков тоже начинаем спускаться в направлении альплагеря. Мне захотелось ещё 'честно полазить', поэтому завтра, возможно, снова сходим на Малый Замок.

На перелазе крутой ступени каньона увидела, что Борис увлечённо занят видеосъёмками. Закинула к нему удочки на тему фотографий с этой смены (потому что мой собственный фотоаппарат, стыдно признаться, бездельничал уже вторую неделю). Боря сказал, что собирается, кроме того, сделать ещё и свой фильм (и фильм в итоге получился хороший!).

На ночёвках под п. Сельским сидит Толя, угощает чаем всех проходящих мимо. Его инструктор Равиль с отделением лезет 'тройку' на Калькуш, а вот ему чего-то не полезлось. Здесь нас догоняют трое 'мехнатчиков'. Причём Павел вспоминает о моих натянутых отношениях с пастушьими собаками и обещает подождать. На этот раз со стороны коша никто даже не тявкнул, потому что на пастбище мы вывалились длинной группой из шести человек.

'..В переулке каждая собака

Знает мою лёгкую походку.

Каждая задрипанная лошадь

Головой кивает мне навстречу.

Для зверей приятель я хороший..'

Лишь пройдя зелёное поле и убедившись, что всё в порядке, Паша с пацанами резко увеличил скорость и унёсся дальше. Мы с Леонидом спустились нашей 'слётанной' на подходах и отходах дружной парой, и снова неспешным темпом, а всё из-за меня с хромой ногой.

Душ в корпусе оказался свободен. Потребовалось изобретательное обращение с краном, но я всё же уговорила его работать. Людей на базе теперь мало. В зале приглушённо горят лампы над столами. За нашим не утихает дружный смех. Сергея Фёдоровича с Андрюхой сегодня просто прорвало на анекдоты, 'Стрекозу и Муравья' по-узбекски и прочие приколы. Особенно стаценкины девчата хохочут до слёз и натурально 'прутся' от их дуэта. Только Наташа мрачно и демонстративно обходит нашу компанию стороной. Всё ещё дуется. Жаль.  

Ну, и чай, как всегда. Заходит Паша, садится с нами. Андрей предлагает на выбор два термоса:

-С лимоном? С имбирём?

-Ыракмат,- привычно благодарит Павел, принимая полную кружку. Я больше не в силах прозябать в невежестве:

-Паш, а как будет по-киргизски 'пожалуйста'?.. А то Ваша изысканная вежливость вызывает желание соответствовать..

-А никак, у них 'пожалуйста' отдельным словом вообще не употребляется.

Дугоба вечером

После ужина Юрий просит минуту внимания. Он будто бы как всегда улыбчиво спокоен, но сейчас куда-то ушла из голоса его вечная ирония. Командир сообщает:

-У нас нет связи с 'Челябинском' почти сутки. Они на маршруте Калькуш, 3Б. Если до утра не придут в лагерь, то завтра в 10 часов всем инструкторам выход на спасработы.

'Челябинск' - это отделение Равиля.. Кто поопытнее, размышляют вслух, что, скорее всего, с ними всё нормально. Просто маршрут очень длинный, значит, группа могла элементарно не успеть спуститься до темноты, и поймала 'холодную ночёвку'. И если они всё-таки пришли на Сельский, то об этом мы тоже сейчас никак не узнаем: оттуда нет связи. Напряжение закралось, но паники нет. Будем ждать утра.

Вечер продолжается видеофильмами, один из которых - про Алтай - прожигает до глубины души. Ещё один - про фри-дайвинг (погружение на глубину без акваланга) открывает сказочно красивый Другой Мир..

24 сентября 2011 г., суббота

Выныриваю из долгих сладких снов, когда за окном уже ослепительное солнце. Ничего себе, времени-то!.. Холодное и ясное утро. Новости: Равиль не пришёл, зато рано утром в альплагерь прибежал с квадратными глазами его участник, остававшийся на Сельском, и сказал, что 'отделение не вернулось с горы'.

Вообще-то спасотряд хотели выпускать даже не в 10 часов, а в полдень (потому что, если люди приплетутся с горы поздно ночью, то они упадут спать в палатках, а не помчатся немедленно на базу ломать ноги по тропе). Но раз такое дело, в 10-30 наши инструктора и самые сильные парни-разрядники с кучей термосов и с полным снаряжением для маршрута 3Б выбегают из альплагеря вверх по тропе, отбрасывая гравий подошвами жёстких ботинок. Незадолго до них в сторону Сельского вышла Наташа, она вызвалась принести туда аптечку.

-Андрей говорил: 'Сейчас прибежим, а они сидят на Сельском и чай пьют!' - повторяет Танюшка, задумчиво глядя, как спасотряд скрывается за поворотом.

-Дай Бог, чтоб так и было, - перевожу дыхание, потому что память резко, одну за другой, включает перед глазами картины. Как расцвёл и заулыбался Серёга, когда увидел Равиля в зале аэропорта, когда выяснилось, что он тоже летит с нами. С какой радостью Андрюха при встрече уже здесь, в столовой, кинулся обнимать Равиля, что даже оторвал от земли. Добрые тёмно-карие глаза, спокойная улыбка из-под густых усов.. И ещё Аськины глаза - голубые, широко раскрытые и чуть удивлённые: 'Сегодня мне 24 года, представляешь?!.' Боже, ТОЛЬКО БЫ ОНИ БЫЛИ ЖИВЫ!!! Совсем не знаю, что там за пацаны у них в отделении, но главное, чтобы со ВСЕМИ всё было хорошо!!!

И ещё я надеюсь на 'побочный эффект' от этих спасработ. Такие штуки эмоционально очень сильно сближают людей, поэтому рассчитываю, что Андрей и Наташа найдут повод помириться. А пока остаётся ждать. Лёня, Дима, Борис и кто-то ещё с верёвками и оттяжками ушли полазить по пробитой шлямбурами скале, что напротив старой 'Дугобы'. Сначала мы с Таней и её товарищем Сашей прогулялись посмотреть на скалолазов. На светло-серой осыпи Татьяна долго охотилась с фотокамерой на пищуху. Но горная чебурашка носилась между камнями с такой скоростью, что в кадре осталась, наверно, лишь удирающая пушистая задница.

А потом мы перестаём сопротивляться силе, которая влечёт нас вверх по ущелью. Всё так же втроём поднимаемся до поворота на Малый Замок и сидим возле мостика над рекой. Фотографирую воду, её искры на солнце. И вдруг, вскинув голову, вижу, что на другом берегу по тропе спускается Андрей. Мы несёмся к нему через мост, и ещё до первых слов понимаем, что всё в порядке. Инструктор, вкратце рассказав, что 'все живы-здоровы, поймали 'холодную', а сейчас и в самом деле пили чай', топает дальше. Следом шагает участник в белом свитере (кажется, тоже Сашей зовут), радостно орём ему: 'Привет!!!' - но не получаем ни ответа, ни даже встречного кивка. То ли уши настолько глухо заткнуты плейером, то ли просто сильно гордый (а тогда и фиг с тобою, золотая рыбка). И теперь уже весело и 'на расслабоне' поворачиваем вниз. Возле большого моста дожидаемся и приветствуем летящих вприпрыжку Пашу, Серёгу и Васю. Дальше идут остальные. Время 13-30.

Спасотряд возвращается

Короче, группа, действительно, вышла вчера на вершину только в 19 часов и 'схватила холодную' на гребне. Ася по мудрому совету Сергея Фёдоровича взяла с собой пуховку, и поэтому сумела даже вполне комфортно поспать. А мужики всю ночь прыгали и грелись, как могли. Равиль, кажется, расстроен тем, что вышел спасотряд.

Днём было солнечно и ненадолго даже тепло. Развлекалась возле бассейна, вылавливая оттуда при помощи ветки различную живность, которая беспомощно дрейфовала по кругу на жёлтых берёзовых листьях. Несколько спасённых муравьёв и паучков обсохли, очухались и разошлись по своим делам. Вспомнила, что ещё во время ночёвки на плече  'Узбека' пообещала дать Лёне послушать 'Numb' в варианте фортепиано, когда вернёмся. Но только сейчас наконец-то включаю ему эту композицию. Видать, понравилось, потому что Лёня попросил на время послушать мой плейер и ходил с ним до вечера. Но что именно из музыкальной подборки его настолько увлекло, так и не признался. Ну и ладно.

Наташа спросила, что будем делать с моей ногой. Я размечталась, что хорошо бы продолжить лечение, и мы пошли на перевязку. Пальцу явно стало лучше от левомиколя, и Наташа сделала новую повязку с мазью и клеем. А потом ещё показала, как правильно накладывать жгут на ногу, чтобы получилась не видимость медпомощи, а реальная остановка кровообращения в конечности (демонстрировала на собственной ноге - та побледнела и утратила пульс). Когда она сняла жгут с ноги, я начала борьбу за мир:

-Пожалуйста, не сердись на Андрюху. Похоже, он неудачно пошутил, но он не хотел ничего плохого. Просто такая специфическая манера..

-Да он ненормальный!!!- взрывается Наташа, и это ещё самая мягкая характеристика из всего, что я выслушиваю за следующие минуты. Переубедить работающую артиллерийскую установку невозможно. Мне остаётся вздыхать и грустно думать, что Упрямство - это страшная сила.

-..Пожалуй, я слегка перегнул палку,- вскоре признаёт другая сторона конфликта в ходе распития очередного термоса.

-Ну так извинись, если сам знаешь, что не прав. Делов-то?!  

-Ни за что! Лучше позволю отрезать себе руку!- с пафосом восклицает 'Упрямство №2'. Вот блин! Казалось бы, какое мне дело? Но эта глупая затянувшаяся ссора нарушает гармонию моего Мира, который здесь и сейчас - 'Дугоба' и Люди 'Дугобы'. Защищаю Наташу, в первую очередь, потому, что глубоко благодарна её профессионализму за свою 'ходячую' ногу. А во-вторых, уверена, что под колючей скорлупой крайней замкнутости Наташа - хороший человек. Андрей тоже знает, что она хорошая. И постепенно, без 'разборок' и выяснения отношений, они перестают друг от друга шарахаться. Даже в кругу одной компании сидят за ужином и смотрят телевизор. Вот и отлично.

Остаётся один вечер, чтобы наглядеться на Горы на прощанье, до следующего раза, а когда он будет, где и с кем, - лучше не загадывать. Мы с Борисом и Лёней долго общаемся возле их домика. Отсюда, с крыльца, вид на ущелье лучше, чем от нашего корпуса. И всё, вроде, душевно, гармонично и красиво, но почему-то здесь чувствуется острая, режущая грусть. Неужели кому-то настолько не хочется уезжать?!.

Часть народа опять плескалась в бане, потом был плов на ужин по случаю успешного окончания сборов. И весь вечер в столовой продолжается 'чайная церемония', разговоры о прошедшей смене. Наш забойщик Серёга заново переживает впечатления от похода на Узбекистан:

-..Мы  мало ели, но пили много чая, поэтому у всех морды опухли, а глаза сделались, как щёлочки.. Мы были как сборная Китая!..

Приношу с барной стойки закипевший чайник, и тут Сергей Фёдорович узнаёт свои часы на моей руке:

-Ой, моя 'девушка'!?

Я вкратце рассказываю о том, почему 'электронная девушка' вновь поменяла место жительства и спрашиваю, не возражает ли прежний хозяин, если теперь она останется со мной.

-Ну что ты! Я даже рад. И потом, две девушки всегда найдут общий язык!

Последнее, кстати, не факт, но в нашем случае он прав. Вспоминаем совместную экспедицию на пик Ленина и надоедливого поляка Збышека, который тогда 'достал' всех своей болтовнёй и курением, но теперь, два года спустя, вспоминался как просто комический персонаж.

Затем для желающих были и песни под гитару, и 'сто грамм', но в этот раз угомонились на редкость быстро: завтра тяжёлый день.

25 сентября 2011 г., воскресенье

На рассвете собрали рюкзаки, в 08 часов позавтракали, к 09 часам вытащили все вещи к забору. Тут выяснилось, что антипинский 'УАЗик' отвезёт к погранпосту только часть рюкзаков (остальные не лезут). Ну, мы как взрослые и самостоятельные забросили мешки за спину и потопали вниз по дороге.

Прошли паспортный контроль, поиграли с собакой, около 10 часов загрузились в три автобуса. Как принято, по отделениям. Пока упихивали в багажник рюкзаки, не обращали внимания на музыку из магнитолы, а как поехали, то поняли, что у нашего водителя играет одна и та же закольцованная песня. На третьем круге мы стали смеяться и ехидно комментировать. На четвёртом начали подсвистывать мелодию. А после пятого от души и в полный голос распевали эту проникновенную лирику:

‘Я больше никогда не потревожу твой сон,

В котором ты с тем, кто тебя любит, с тобой будет,

Только с тобой будет..’

Через полчаса кто-то не выдержал и попросил 'сменить пластинку'. А зря. В фонотеке водителя это было ЛУЧШЕЕ произведение! Возле узбекского погранпоста в Шахимардане его пробило на примитивный безостановочный шансон.

Опять долго проходили границу анклава. 'Освободившиеся' сидели на брёвнах в тени придорожных кустов. На них росла пыльная ежевика и ещё какие-то ягоды. На провокационные предложения попробовать их, я 'включала зануду' и рассказывала детскую страшилку о том, что 'если съесть волчьих ягод, то вырастет Волчья Ножка и утащит ночью в лес!'.  

В Кадамжае зачем-то остановились возле магазина, и все, как одичалые, пошли туда на экскурсию. Внутри было скучно, я вернулась в автобус, улеглась на сиденье и заснула. Разбудило возвращение народа, причём наш инструктор притащил большую коробку с тортом, который потом в дороге весело съели, используя оторванные кусочки картонной крышки вместо ложек и передавая коробку по очереди сидящим дальше. 

Ложки к бою

Закольцованный шансон из магнитолы реально выносил мозг. Я оглянулась: почти все пассажиры автобуса или вырубились, или пытались уснуть. Только Паша иногда вскидывал голову и несколько секунд смотрел сквозь ветровое стекло немигающим взглядом. Андрюшка сморился и задремал на моём плече, сладко посапывая носом, будто какой-нибудь большой, сильный и славный зверюг. А мне было жаль проспать эту дорогу - в коридоре тонких пирамидальных тополей, среди малоэтажных городков, селений с глиняными домами, с заборами из круглых речных камней, с бедно одетыми людьми, с созревшими яблоками в садах, с трудягами осликами, тянущими повозки вдоль шоссе..  

В 15 часов остановились на обед в Ноокате. Чуть не потеряли Бориса, который далеко ушёл гулять вдоль улицы, когда автобус уже собирался трогаться дальше. На заключительном отрезке пути вновь завыл шансон, и тут Павел категорически потребовал выключить ВООБЩЕ ВСЯКУЮ музыку. И наши ушки доехали до Оша в блаженном покое.

Здесь, на базе у Центрального стадиона, половину группы ждала пересадка в машины до Бишкека, а вторая половина отсюда разлетится самолётами. Юрий сказал, что у отъезжающих есть два часа свободного времени. Толя, Ася, Андрей, Лёня и я пошли гулять в город. На Сулейман-гору мы уже не успевали, поэтому просто бродили по улицам и радовались тёплому вечеру. К 19 часам дисциплинированно вернулись на стадион.

Шла погрузка по машинам. В воздухе, поверх обычных для такой ситуации разговоров и шуток, витала смесь чувств и настроений. Жгучая тяга Домой, к родным. Веселье. Беспокойство. Сожаленье. Гордость. Пофигизм. Дружба. И вдруг снова та режущая боль, причину которой не знаю, поэтому не могу правильно истолковать.

Несколько минут на то, чтобы пожать руки, обнять, поцеловать в щёчку. Найти хорошие и тёплые слова. И не затаить их, а обязательно ВЫСКАЗАТЬ вслух, в глаза.

-Ещё увидимся!- сказал Сергей Фёдорович. У него было очень загорелое и, как всегда, идеально выбритое лицо. Я улыбнулась:

-Даже не сомневаюсь!

Ребята полезли в микроавтобусы, а водители ещё ждали, пока во всех трёх машинах усреднится количество пассажиров. Им предстояла долгая ночная дорога через горные перевалы. Их сопровождала молитва о безопасности и защите. Я подошла вплотную к 'бусику' и протянула левую руку в переднее окно, правую - в открытую дверь салона. Мы крепко взялись за руки с Андреем и Лёней. И молчали. Теперь просто молчали. Не выдержав этой сцены, Дима брякнул:

-Вы только не плачьте!

Мы рассмеялись. Мы не загадывали, где и когда встретимся вновь. На сердце был мир и доверие. Всё хорошо. И пусть все будут живыми. Дугобинский круг завершился. Меньше, чем через два дня Серёга, Равиль и я шагнули из зоны прилёта в холодную уральскую осень. Каждый продолжал свой Путь.  

 Автор: Надежда Модестова

Фотографии: Борис Стародубцев, Надежда Модестова

сентябрь - декабрь 2011 г.

 
Комментарии (5)
Сильная девочка.
5 26.01.2012 22:48
OffRoader
Прочитал на одном дыхании. Сильная девочка.

Спасибо.
СЛАВА КИРГИЗСКИМ ИНСТРУКТОРАМ!
4 23.01.2012 10:26
Беспалов
СЛАВА КИРГИЗСКИМ ИНСТРУКТОРАМ!
Так что мы там пили?
3 22.01.2012 22:35
Так что мы там пили?
Привет от Чебурашки :-)
2 22.01.2012 00:27
Дина
Спасибо Надя!
Такая ностальгия прямо...
Надя, спасибо.
1 16.01.2012 22:52
Надя спасибочки за отчёт. Приятно было вспомнить.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.